Тай-Пен

Думаете, отыскал жилу и все — бога за бороду ухватил? Ошибаетесь! Там еще ох как много всего надобно предвидеть и предусмотреть! Привезти на прииск харч и инструмент за тысячи верст по бездорожью, — начал он загибать толстые, унизанные безвкусными перстнями пальцы. — Да потом еще удержать в узде рабочих, которые при первом же слухе о фарте готовы глотку друг другу перерезать. Договориться с исправником, со становым, чтобы не совали нос не в свои дела. Сбыт, опять же. Лихие люди. Казаки. Водка, буть она неладна. Прииск — это тыща бед, так я вам, господа, скажу!

Я молча кивал, делая вид, что действительно его слушаю, и пытаясь понять, что за игру он затеял. Самое интересное — купец всем своим видом старался дать понять, что хочет с нами подружиться. Он словно вводил меня, новичка, в курс дела, причем по-доброму, почти по-отечески. И от этой фальшивой доброты по спине побежал холодок.

— А вы, говорят, не из боязливых, — продолжал он, совершив едва заметный поворот в разговоре. — Замахнулись на большое дело. «Сибирское Золото»… Любопытное название. Акционерное общество, как я понимаю? Это по-столичному, с размахом.

— Михаил Александрович, — сказал я, откидываясь на спинку стула и глядя ему прямо в глаза. — Давайте оставим эти сибирские присказки. Вы пришли сюда не для того, чтобы обсуждать трудности нашего ремесла.

Он на мгновение замер, удивленный моей прямотой. А затем его лицо расплылось в хищной улыбке.

— Хорошо, господин Тарановский. К делу так к делу, — произнес он. — Я люблю, когда люди ценят свое и чужое время. Буду с вами откровенен. Прошлым летом я отправил на Бодайбо свою партию. Небольшую, на разведку.

Вот оно. Он перестал ходить вокруг да около, мы переходим к сути. Интересно — это то, о чем я думаю?

— И, доложу я вам, — после паузы продолжил Сибиряков, — мои люди вернулись с хорошими новостями. Золото там есть. Не скажу, что горы, но жила богатая, перспективная. Я уже готов был послать своего стряпчего в Иркутск, чтобы оформить заявку на пару-тройку отводов, как вдруг… — он развел руками, — как вдруг от Аглаи Степановны получаю весточку с просьбой о совете, а следом и новость до меня доходит, что там все застолбили! И как, скажите, это понимать?

Тут Сибиряков столь натурально изобразил недоумение, что я позволил себе усмехнуться.

— Что ж тут непонятного-то, господин хороший? Я застолбил участки, где намерен добывать золото. Это совершенно обыкновенное дело в Сибири, не так ли?

— Дык, господин Тарановский, голуба моя ненаглядная! — вдруг фамильярно воскликнул купец. — Нет бы ты, как человек, застолбил десятин пять или десять, тут никаких вопросов не было бы. Ну, я бы рядом пристроился, а за мной, глядишь, и остальные.