Тайна проклятого герцога. Дилогия (СИ)

И чего мы обе никак не ожидали, так это раздавшегося в наступившей тишине:

— Маменька, а вы действительно полагаете, что я ничего не знал?!

Ее величество вмиг стала мертвенно бледной, мне же осталось лишь улыбнуться, глядя как истаивает ранее казавшаяся реальной дверь, обнаруживая стоявшего на террасе его высочество. И взгляд Теодора был направлен вовсе не на меня, принц пристально смотрел на мать. Ей же и сказал:

— Твой белый маг всегда отличался излишней болтливостью, так что о том, чьим сыном является Генрих мне известно еще с тех пор, как Леонас трое суток убивал моего друга. А вот об особенности проклятия, лич все разболтал леди оттон Грэйд в момент нападения на нее. Трепло. А тебя я считал умнее.

Кассилия медленно повернула голову, обреченно посмотрела на сына и задала единственный вопрос:

— Грэйд тоже знает?

Принц усмехнулся и ответил:

— Дэс сам оказался в ситуации, когда его влюбленность использовали весьма подло, и он последний кто осудил бы тебя.

Мой вывод из услышанного касался осознания того, насколько все же прямолинейны черные маги, императрица поняла совершенно иное, и дрожащим голосом повторила слова Теодора:

— Сам оказался в ситуации, когда его влюбленность использовали весьма подло?!

Его высочество продолжал спокойно смотреть на мать. Кассилия же сделалась смертельно бледна, ее руки мелко задрожали, глаза широко распахнулись, а из горла вырвался сдавленный стон.

— Мне жаль, — тихо произнес его высочество.

И из спины императрицы словно выдернули тот стержень, что позволял ей сохранять королевскую стать и величие, Кассилия сгорбилась, вмиг постарев на добрых два десятка лет, и опустив голову, невидящим взором уставилась в поверхность каменного стола.

Но не проявляя и капли жалости, о которой упомянул сам, Теодор продолжил:

— А вот чего я не знал, маменька, так это того, что вы в сговоре с храмовниками! — прозвучало хлестко, как величайшее оскорбление.

Но Кассилии было совершенно все равно. Казалось, она потеряла все И желание жить, способность говорить, сам разум. И видеть подобное было жутко…

— Леди оттон Грэйд, как вы себя чувствуете? — вопросил его высочество.

— Все хорошо, благодарю вас, — тихо ответила, продолжая смотреть на императрицу.

Ее величество вздрогнула от моих слов, подняла голову, взглянула совершенно серыми, почти бесцветными глазами и едва слышно произнесла:

— Тео, что происходит в столице?

Принц усмехнулся и зло ответил:

— Черному магу я бы сказал, храмовному прихвостню — нет.

И вот это уже было прямым оскорблением. Кассилия даже не взглянула на него, лишь вновь спрятала лицо в ладонях, и потому ее голос прозвучал глухо:

— Знаешь, почему я сделала ставку на Генри?

Теодор промолчал.