Таня Гроттер и колодец Посейдона

Безглазый Ужас расхохотался. Его смех был как лязг ржавых доспехов.

– Внизу Тартар и вечные муки! Туда, во тьму, отправляются дархи недостойных! Советую не задерживаться здесь надолго! Черная мгла наполнит ваши перстни. Они станут тяжелыми. Тартар позовет их, смертные! – сказал Безглазый Ужас.

– Fiat justitia et pereat mundus! [10] – хрипло, как пьяный, произнес Феофил Гроттер."

"Таня ощутила, что ее перстень стал тяжелее. Ей захотелось шагнуть вперед и, не закрывая глаз, бесконечно падать в эту темную мрачную бездну. Тартар звал ее. В поисках поддержки она оглянулась на Бейбарсова, и в его расширившихся зрачках прочла, что и он слышит этот зов.

– Летим отсюда! – сказала она, отползая назад.

Не слушая, Глеб начал медленно клониться вперед. Он наклонялся всем телом, не сгибаясь в спине. Безглазый Ужас захохотал.

– Уже поздно! Мальчишка – некромаг. Тартар входит в его кровь!

– А почему я могу сопротивляться?

– Ну ты-то хотя бы притворяешься светленькой… Так, чуток…

Понимая, что от призрака помощи не дождешься, Таня повисла на руке у Бейбарсова и стала оттаскивать его от провала. Учитывая, что Глеб был выше ее на две головы и гораздо сильнее, Таня ощущала себя осликом, которого заставили тащить заснувшую лошадь.

К счастью, Бейбарсов не сопротивлялся, не боролся с ней и тем более не использовал магию – он просто оцепенело, как зомби, пытался свалиться в колодец, куда и Таню, в общем, тянуло с немалой силой.

– Эй ты, маньяк-самоучка! Ты нас туда столкнешь! Очнись! – закричала на него Таня.

Вместо ответа Глеб сделал шаг. Его правая нога повисла над провалом.

– О нет, Чума!Дистрофикус физкультурус! – крикнула Таня, выпуская из отяжелевшего кольца искру.

Кольцо Феофила Гроттера, насосавшееся древней магии под завязку, выдало даже не искру, а целый драконбольный мяч зеленого цвета. Заклинание силы подействовало. Легко сорвав Бейбарсова с места, Таня затолкала его в ступу и, взмахнув метлой, стартовала на Пилотусе камикадзисе . Ей требовалось время, чтобы разобраться, как управлять ступой.

В сотне метров над островом магия начала ослабевать. Бейбарсов сел в ступе, тряся головой.

– Я пытался спрыгнуть в колодец? – спросил он.

Таня кивнула. Бейбарсов провел ладонью по лицу.

– Ты хотя бы взяла мою трость?

– Она у тебя в руках.

– М-м-м… В самом деле. Вопросов больше не имею… Будет, пожалуй, лучше, если обратно ступу поведешь ты, – сказал Глеб.

К Буяну они летели в темноте. Облака как-то вдруг растащило ветром. Стало необыкновенно ясно. Сквозь прозрачную спину Безглазого Ужаса проступала мелко и неровно нарезанная золотая фольга звезд. Поблизости уже угадывался Тибидохс, когда Безглазый Ужас внезапно чем-то заинтересовался, вглядевшись в горизонт.