Теплое сердце зимой

Не-а.

Каким-то образом отключение электропитания посреди снежной бури пробудило в нем романтика.

Глава 12

В этот раз он основательно приготовится к выходу на улицу.

Застегнув до самого подбородка парку, в которой впору взбираться на Эверест, Куин чувствовал себя Зефирным Великаном[17]. А в варежках «Gore-Tex» и со слоем гигиенической помады на губах казалось, что он шел войной на тундру.

Он также знал, как ощущала себя брокколи в пароварке. Господи, он с ума сходил от жары в этом термобелье… в плохом смысле слова.

Куин повернул голову, и луч его налобного фонаря уперся в грудь Блэя.

Его супруг также оделся по полной программе, и если не смотреть на разрез на его щеке, глубиной с Марианскую впадину, то от его красоты практически захватывало дух. С обветренным на морозе лицом, яркими голубыми глазами и рыжими волосами Блэйлок, сын Рока, выглядел невероятно аппетитно.

И да, ладно. Может царапина на щеке была незначительной, но ему казалась смертельной раной…

Включилось авариное освещение, заменяя нормальное только на четверть… и спасая сетчатку их глаз.

— Спасибо Рану, — пробормотал Блэй, посмотрев на светильник.

— Он просто гений, — Куин выключил налобный фонарь, но оставил на месте на всякий пожарный случай. — Сделаем это.

Просунув руку через пролет пятифутовой раскладной лестницы, Куин вернулся в гараж. Зажглись лампы, реагирующие на движение, тускло, но света хватало, чтобы свободно передвигаться по бетонному полу мимо газонокосилок, убранных на зиму, а также тринадцати древних гробов, выстроенных в ряд как часть декорации из фильма Бела Лугоши[18].

Они пугали его до усрачки… не то, чтобы он рассказывал об этом кому-то.

Он всегда боялся, что Дракула выползет из одного из них… а это о многом говорило, учитывая что Куин сам был вампиром.

— Что там про Бела Лугоши? — спросил Блэй, открывая дверь, ведущую на задний двор.

— Да так, мысли вслух. Кстати, ты не думал, что Френк Ланджелла[19] — шикарный мужик?

Блэй оглянулся.

— В том фильме про Дракулу? В смысле…

— Ты покраснел. — Куин рассмеялся. — О да. Значит, ты думал о том, какой он горячий в костюме с высоким воротником и с вдовьим пиком?

— Да брось.

Ты сходил с ума по Джордану Каталано[20]…

Куин потянул Блэя за парку.

— Я схожу с ума по тебе. Сейчас. И навсегда.

Так, этот игривый смех — главное событие его ночи. Нет, стойте. Топ-событие будет, когда он разденет и нагнет Блэя…

— О, Боже, — выдохнул Блэй. — Ты не должен этого говорить. Нас ждет работа.

— Я сказал это вслух? Что, серьезно? Ууупс. Отшлепаешь меня, раз я так плохо себя веду? Ну пожааааааааалуйста.

Блэй все еще смеялся, когда они выходили из гаража — на это Куин и рассчитывал.