Теплое сердце зимой

Выражать свои сомнения и страхи в дружеской среде и понимать, что я не грязный, во мне нет грязи. Надо мной совершали насилие. Я был жертвой. И все это — не моя вина… и это не повлияло на чистоту моей души, глубину чувств и красоту моего сердца. Если ты можешь продолжать работу над этими сухожилиями, тканями и суставами? С тобой все будет хорошо, сколько бы раз ты не чувствовал то, что испытываешь этой ночью.

Зи сделал глубокий вдох.

— Знаешь, я пытаюсь говорить это себе мысленно. В такие моменты, когда возникают сомнения… в своей сути.

— Хорошо. — Мэри похлопала его по руке, потом опустила руку.

Он подумал о своих хаотичных, грязных мыслях.

— Почему ты так уверена в этом?

Мэри наклонилась к нему и посмотрела в глаза.

— Потому что, мой друг, все эти слова — правда.

Глава 17

В десять утра Эль вышла из кухни в отцовский гараж. Нажав на кнопку подъема двери, она моргнула, когда солнечный свет начал заливать помещение, накрывая ярким сиянием отцовскую машину, газонокосилку и ряд мусорных корзин. Сияние снега после бури было настолько ослепительным, что пришлось прикрыть глаза рукой, но зрение быстро подстроилось.

Неудивительно, что она прошла мимо БМВ.

У противоположной стены располагался спортинвентарь, по большей части принадлежавший ее отцу: биты, перчатки, мячи, свернутая волейбольная сетка, скейт, хоккейные баулы. Она направилась к этой выставке, стуча по полу лыжными ботинками с квадратными носами. Ей пришлось надеть три пары носок, чтобы они сели как надо, ну и пофиг.

Беговые лыжи были выстроены в конце стальных полок, каждая пара перевязана резинками сверху и снизу, палки стояли рядом в расслабленном состоянии.

"Эль взяла «Россигнолс» — в пару ботинкам, ведь остальные были от «Хэд».

Она в два захода вытащила комплект во двор — невозможно вынести одновременно и лыжи, и палки, и не ободрать при этом папину машину… а она и так причинила этому седану много вреда.

Когда все было во дворе, Эль вбила код на панели снаружи и закрыла дверь. Посмотрев влево и вправо, она увидела… тонны нетронутого снега. Их улицу еще не чистили, равно как и пешеходные и подъездные дорожки, хотя несколько мужчин уже вышли на улицу со своими снегоуборщиками.

Словно кто-то стукнул в колокол, объявляя соревнование «Отец Года».

Над головой нависало небо нереального голубого цвета, настолько яркое и чистое, что не вязалось с ночной бурей. Но, может, в этом и был смысл. Буря расчистила небосвод, перевернула страницу.

Вот бы и с ее жизнью можно было сделать так же.

Подцепив ботинки к лыжам, Эль обхватила палки и двинулась вперед. Поначалу медленно, равновесие подводило, ритм отсутствовал напрочь.