Тигр под елку

Тигран смотрел на меня, никак не комментируя, только ноздри породистого носа дрогнули недовольно.

Вопросов наводящих не задавал, и я продолжила:

— У нас с тобой неправильно все началось… Вероятно, ты решил, что я… Доступная. Подожди! Не говори ничего! Я понимаю, почему ты так… И не оправдываюсь. Мы оба были неправы, наверно. Ты мне ничего не обещал. А я ничего не требовала. Сама виновата, дура.

Я усмехнулась горько, только теперь осознавая все то, что крутилось в голове постоянно. И вылилось в слова. Необдуманные, но правдивые.

Я сама виновата. Сама на него прыгнула. А он… Не отказался.

Ну, а дальше — только мои иллюзии.

Тигран со мной о будущем не говорил, не обещал, про себя не рассказывал особо.

Мы вообще очень мало друг о друге знали, кроме постельных интересов, естественно.

И потому для него удивителен мой выбрык.

Все же хорошо было?

А я просто не смогла ему объяснить, что чувствовала. Что для меня такое — вообще невероятно! Что мои эмоции по отношению к нему — невероятны!

Мне казалось, что он все понимает.

А он…

Не понимал.

Черт… Как тяжело-то!

— Я так не думал, Мара, — прохрипел Тигран и подался ко мне еще ближе, ноздри его задрожали, зрачки расширились, — я вообще не думал… Когда с тобой был. Ты меня с ума свела, мозгов лишила. Я не верил, что так бывает. И я думал, что ты… Что ты все понимаешь.

А я не понимала.

Мы оба, выходит, ничего не понимали…"

"— Лалик… Это договоренность, это родители сговорились, когда она родилась только. — Продолжил Тигран, — у нас не то, чтоб так принято у всех, но… Приветствуется. Своя, чистая, воспитанная правильно. Я думал… Не, я не думал… Веришь? Вообще про нее забыл. А когда ты спалила… Я растерялся. Просто растерялся и напылил. Почему-то решил, что так будет правильно сказать. Что это все — нормально.

— В вашей семье это нормально? — прошептала я, покоренная его искренностью. Наверно, впервые Тигран не строил из себя невъебенного мачо, а просто не боялся показать свою слабость. И сказать, что ошибся.

— Нет, — покачал головой Тигран, усмехнувшись грустно, — нет. Но вообще… Это вполне обычная история. Мы христиане, да. Но часто мужчина имеет и жену, и любовницу. И все друг с другом уживаются. Все про всех знают. У меня у дяди двоюродного такая семья… И у приятеля отца тоже. Вот я и подумал. Голову перемкнуло, Мара, понимаешь? Просто перемкнуло тогда. А потом… Потом закусился. Ты оттолкнула. Такие слова говорила, так любила… И оттолкнула просто, даже рассматривать мое предложение не стала. Я… обиделся.

Офигеть.

Я не верила услышанному.

Обиделся он!

То есть, это не я обиделась, а он! Надо же!

— Ты пойми, — продолжал Тигран, — наши женщины, они… Другие. Они мужчинам не перечат. Любят.