Тихий городок

Четовой смолк и застыл в ожидании ответа Шевчука. Ответа, к которому тот до сих пор не был готов. Опять выигрывая время, он спросил:

— Сколько человек в чете?

— Тридцать два.

— Все пришли добровольно?

— Так точно… — Четовой на миг замялся. — Было четверо несговорчивых: эсбист и трое его прихвостней. Сейчас они все в соседнем овражке лежат. Хочу добавить еще одно: ни один мой боевик ни разу не стрелял в солдат Красной Армии, зато все мы просим позволить нам идти с вами против… бандер.

— Показывай свое воинство.

В сопровождении четового, продолжавшего держать руку у виска, Шевчук двинулся вдоль строя оуновцев.

Со скоростью, с которой он шел, наверное, передвигаются черепахи, но ему нужно было время. Очень нужно.

Как поступить? Самый простой способ — это отправить националистов под надежным конвоем в комендатуру. Однако дорогу в комендатуру знает и четовой, а он туда не пошел. Почему? Потому что он со взводом явился не сдаваться, то есть выходить из борьбы, а продолжать ее, но уже на стороне своих вчерашних противников. Искупать свою вину они намерены не когда-то, а немедленно, и не словесными раскаяниями и клятвенными обещаниями, а личным участием в бою, который с минуты на минуту может начаться рядом.

Как сейчас поступят с ними: доверят оружие или, не поверив в искренность их поступка, отнесутся как к обыкновенным пленным бандитам, будет знать вся округа, в том числе и националисты. Вы — первые из здешних оуновцев, столь смело и открыто бросившие вызов своим главарям, но разве нет в бандах других людей, готовых последовать вашему примеру? Конечно, есть. Ваша судьба явится важным доводом в принятии ими решения: оставаться в банде или прекратить бессмысленное сопротивление и явиться с повинной. Вот как обстоит дело, подполковник.

Шевчук остановился у оконечности строя, повернулся к четовому, сопровождавшему его с ладонью у шапки.

— Вольно. Возьмите свое оружие сами и прикажите сделать это взводу.

Чековой поднял свой пистолет, кинжал, укрепил их на ремне.

— Взвод! — прозвучала его команда. — Трезубы долой! Оружие на ремень! — Когда это распоряжение было выполнено, он спросил у Шевчука: — Кому прикажете сдать взвод?

— Это будет решено после боя. В случае, если вы не справитесь с командованием или взвод пожелает иметь другого командира.

А пока прикажите людям разойтись и приготовиться к маршу.

— Взвод, разойдись! Быть готовым к построению!

Строй бывших оуновцев рассыпался, однако их командир остался на прежнем месте.

— Жду ваших вопросов, гражданин подполковник."

"— Их два. Первый: что решили предпринять ваши бывшие главари, узнав об окружении базы Бира?

— Мне об этом неизвестно. В сотнях существует строгое правило: каждый посвящается лишь в то, что ему непосредственно предстоит сделать.