Тёмные московские ночи

Волик должен был утром поделиться этой новостью с соседями, знакомыми, но у слухов тоже имеется предел в скорости распространения. Если в Мытищах вдруг начнут продавать портвейн по государственной цене, то глупо через два ждать там взмыленных покупателей из Одинцово."

"Старцев продолжал посматривать на трёх парней и понемногу успокаивался, перегруженный автобус натужно гудел слабеньким мотором, и покачиваясь на скрипучих рессорах, подъезжал к Цветному бульвару. До нужной остановки оставалось совсем немного. Внезапно, оживлённый рассказ на задней площадке стих, балагур пригнулся и посмотрел наружу, резко поменялось и поведение его приятелей, один из них стал зыркать по сторонам другой поднялся со ступенек и встал в проход. Такая метаморфоза насторожила сыщиков. Иван на всякий случай поправил рукоятку ТТ, торчащего за поясом, и передвинулся на шаг ближе к старику Волику. Олесь хотел было последовать его примеру, наклонился чтобы попросить даму с сумочкой поменяться местами. Ни Старцев, ни Бойко, не могли видеть как легковой автомобиль, с облупленной на боку краской, плавно пошёл на обгон на пересечении Садового кольца с Цветным бульваром. Его водитель резко выполнил правый поворот и подрезал тяжёлый автобус ЗИС 16. Его шофёр дал по тормозам от чего всех пассажиров, стоявших в тесном проходе, бросило вперёд. Салон мгновенно наполнился визгом, криками и крутым матом. Легковушка быстро покатила по Цветному бульвару и через несколько секунд исчезла из виду. Автобус прокатился по крутой дуге и остановился.

- Что случилось? По тише нельзя? Не свиней везешь, лапоть, - роптали пассажиры.

- Все целы? - крикнул водитель.

Обе двери открылись, Кто-то решил покинуть автобус и выскочил на асфальт проезжей части. Люди, упавшие в проходе, поднимались, отряхивали одежду, многие продолжали возмущённо ворчать. Старцев с Бойко во время резкого торможения с трудом удержались на ногах. Оба первым делом обратили взоры на ветерана, тот оставался на прежнем месте. Иван помог подняться девушке-комсомолки, Олесь подобрал с пола дамскую сумочку и вернул перепуганный брюнетке. Водитель закрыл двери, пассажиры успокоились, могли продолжить поездку. Тут вдруг на задней площадке истошно завопила какая-то старушка.

- Батюшки! Убили! Ироды!

Сыщики разом нависли над левым рядом сидений - Волик сидел уронив голову на грудь, ничего необычного, поза его была такой, будто пожилой человек притомился в дороге и решил прикорнуть, да вот только белоснежная сорочка, под упавшей головой, быстро окрашивалась в кроваво-красный цвет.

К управлению они подъехали через час, молча вышли из машины, поднялись по ступенькам. Таиться и шнырять по подвалам уже не было смысла. Мало ли куда отлучались - ездили по делам.