Точка Бифуркации VII (СИ)

Так что можешь не переживать.

— Даже не знаю как и благодарить. — выдохнул я, до этой секунды ещё немного напряжённый ввиду царившей неизвестности."

"То, что Вадим будет жить сомнений не вызывало. А вот сможет ли остаться на ногах… лекари, они ведь хоть и волшебники, но если опоздать, то тоже не всегда могут помочь. Хотя зная таланты моего старого знакомого — сомневаться было грех.

— Помогать нашим ветеранам я и «за спасибо» готов, а тебе и подавно. Так что не держи в голове. Лучше расскажи про себя. Я знаю, дар вернул. Громко твоя служба прошла, против плана нашего князя. — не сдержавшись хохотнул Пётр Иванович.

— Да уж… не то слово «громко».

Пришлось уважить графа и поведать историю восстановления своего дара. Озёрский, к слову, в подробности не вникал, а больше интересовался моим самочувствием в ту минуту и ощущениями, которые пришлось пережить. А что касалось его традиционного отказа от оплаты, то он всегда и со всеми был такой. Только вот этого человека Белорецкие очень ценили, и никогда про благодарность не забывали, впрочем, как и все остальные, кого он осчастливил своей помощью. Семья графа Озёрского жила в очень большом достатке.

— Это называется «Клин клином». — заключил лекарь. — Риск, конечно, был огромный… хотя вряд ли ты в ту секунду об этом думал. Но зато теперь тебе вряд ли когда-нибудь может грозить перенапряжение — манатоки, как бы это сказать… калёные… — усмехнулся собственному сравнению собеседник.

— Проверять не пытался. — поморщился я, вспоминая адское жжение в энергоканалах, которое когда-то пришлось пережить.

— Твой путь только начался. Ещё не раз придётся. — вздохнул Пётр Иванович. — На этом вынужден откланяться, Лёша. Нужно ещё двоих посмотреть. Очень уж попросили. Рад был встрече.

Наблюдая за тем как удаляется уже немолодой мужчина в белом халате поверх своего серого костюма, я невольно, но искренне улыбнулся. Человек с большой буквы. Вот у кого дар божий и светлый. Но явно не у фанатиков.

— Лёха… а почему он тебя называет «Ваша Светлость»? — внезапно привлёк внимание товарищ, вставший сбоку едва граф Озёрский покинул мою компанию.

Тут уж волей-неволей, а вспомнился тот вечер когда я оказался в Кремлёвском дворце и после организованного приёма, оказался наедине в одном кабинете с императором.

Глава 3

— Алексей Михайлович Черногвардейцев. — низким поставленным голосом с лёгкой хрипотцой, произнёс стоявший возле шкафа мужчина, повернувшись ко мне вполоборота.

— Здравия желаю, Ваше Императорское Величество. — отрапортовал я и шагнул в центр помещения.

Внимание тут же привлекли большие антикварные часы, установленные на стене по правую руку от меня, а затем и громадный деревянный стол с пустующим за ним креслом.

— Присаживайся, Алексей.