Точка Бифуркации #3

— Изначально мы хотели воспользоваться той ситуацией в столовой, чтобы грубой силой решить ряд возникших вопросов. Но на удивление всему аналитическому отделу, Семён Анатольевич и его друг Вадим Петрович, крайне быстро среагировали. Они не только рассыпались в извинениях, но и надёжно смазали их хорошими откупными.

— Могли бы не принимать. — пожал плечами я.

— Есть причины. — вместо графа ответил Тимофей Степанович. — Если учесть все факторы и размер этих самых откупных, то во-первых, это было бы по меньшей мере глупо. Но более важную роль играет психологический момент для всех остальных. Советую почитать на досуге, что такое положительное закрепление в психологии.

— В общем, если не ходить вокруг да около, то именно через тебя мы и планируем разрешить все проблемы с этими двумя семьями. А потому, мы сейчас и возвращаемся к тому вопросу, который тебе был задан в самом начале. Какая у тебя цель в этом конфликте? — Белорецкий уставился мне прямо в лицо и внимательно изучал его, будто бы вновь пытаясь прочесть мои мысли.

— При всём уважении, мне, к моему изначальному ответу, пока что добавить нечего.

— Мы примерно это и ожидали услышать. — кивнул своим мыслям граф. — Поэтому приготовили тебе ряд предложений или, правильно сказать, сценариев, которые были одобрены нашими аналитиками и лично князем. Сразу добавлю, что другие варианты развивать мы тебе не позволим. Тебе стоит помнить, что ты действуешь на наших землях и чинить тут беспредел без нашего ведома и одобрения, чревато последствиями."

"Несмотря на то, что сказанное было не очень приятно слышать, справедливость в словах графа была. Согласно кивнув собеседнику, что я принимаю их правила, продолжил слушать. Ведь вполне может быть, что наши интересы пересекутся и тогда заниматься разборками с аристократами мне будет также интересно. В противном случае, я могу просто выйти из игры, и пусть сами с ними разбираются как хотят, без моего участия. С учётом услышанного, Тенишевы и Коломойцевы будут наказаны так или иначе.

Впрочем, Тимофей Степанович, как оказалось, был большой любитель почесать языком во время подобных вербовок, как я про себя называл наш разговор. И прямо перечислить то, что они хотят мне предложить, он посчитал неправильным, продолжая подбираться к финалу со скоростью дохлой черепахи.

— Алексей, так уж вышло, что твоё имя уже звучит за пределами школы и ты уже начал строить свою репутацию. Посоветовавшись внутри рода, мы решили не препятствовать тому, что так или иначе произойдёт и напротив, оказать тебе всестороннюю помощь и даже наставничество.

Слышать такое из уст Тимофея Степановича было настолько дико и необычно для меня, что я от удивления даже приоткрыл рот.