Тринадцатый V

Регат раскрыл огромную пасть лепестком, обдавая меня зловонным дыханием, и опустил её на меня…

Грибы не сработали! Чёрт, да я словно сам стал приманкой! Что за⁈

Я не успел выстрелить, как эта туша сожрала мою винтовку! Еле руку убрал!

Второй рывок регата… И на этот раз его острые зубы вцепились в моё плечо…

Глава 14

Дикая боль разлилась по телу. Словно в меня впрыснули самый мощный на свете яд. Но я стиснул зубы и удержался от крика.

Счёт шёл не на секунды, а на какие-то мгновения, пока от моего плеча ничего не останется, а потом и от меня самого.

Резкий выплеск адреналина в кровь заглушил эмоции, заставил мгновенно соображать.

И я поднял целую руку, чтобы опустить на морду регата, откусывающего от меня кусок.

Всё происходило очень быстро, и у меня даже не было времени сплести самое простое заклинание. Выход оставался один. Всего один…

Я направил ману от источника к ладони через самый широкий канал. Да так быстро, как только мог. И выпустил её прямо на голову твари.

Успел. Пока мне не оторвали плечо.

Свободную руку обожгло от наплыва энергии. Но всё, что я мог из себя выжать, я направил в атаковавшую меня тварь.

Мощный поток света заставил прищуриться. А потом вспышка, которую было видно даже сквозь веки.

И в следующий миг монстр исчез. А я открыл глаза и посмотрел на рану. Куртка была разорвана и залита кровью. А на коже остались следы сотен острых зубов.

Мне захотелось упасть на землю и больше не подниматься. Забыться после атаки и закинуться обезболом. И я уже приготовился упасть, когда перед глазами пронеслась голубая вспышка. А потом ещё одна и ещё."

"Зубастик помогал видящим уничтожать монстров. Их было слишком много. Не десятки особей, на которые мы рассчитывали, а целые сотни.

А нас всего сорок магов, считая раненого меня.

Я поднял взгляд наверх и увидел приближающуюся стаю. Шесть огромных летающих регатов. Чёрт, да приманка Дмитрия Павловича сработала слишком хорошо. А вот грибы Ларисы Вениаминовны — слишком плохо. Ох, как бы мне хотелось, чтобы всё было наоборот.

Но побеждает всегда тот, кто умеет подстраиваться. Поэтому несмотря на невыносимую боль, я пошёл к машине. Вокруг продолжалась схватка, но пока я не мог в ней участвовать. Пока…

Я распахнул переднюю дверцу автомобиля, спешно достал из бардачка аптечку, положенную всем видящим.

Она была куда круче той, что Иван Фёдорович держал в походном наборе. Я высыпал её на сидение и нашёл укол, помеченный надписью: «на экстренный случай». Такой случай как раз настал.

Стиснув зубы, я снял с себя куртку. Оторвал и без того разодранный рукав футболки. И всадил в плечо иглу. Чёрт, как же больно… Обожжённой рукой я нажал на поршень, вливая в себя львиную дозу обезболивающего, смешанного с какими-то добавками, названия которых я впервые видел.