\

Когда его запах будоражит даже смешавшись с запахом гари и пота. Когда его хриплый голос выбивает из-под ног почву.

Чувствую, что тону в этом коконе. Из последних сил пробую высвободиться, но получается освободить только руки. Асадов объятия не разжимает, наоборот, только усиливает хватку.

Теперь мне их некуда деть. И как я мысленно ни ругаю себя, мои руки сами тянутся и несмело обвивают его талию.

Все. Я пропала.

Опять попалась как рыба на крючок.

«Алена, очнись. Артем совсем не тот, каким ты его представляешь. Он холодный, расчетливый и эгоистичный. Он не просто богатый, а богатый до безумия.

Вы как две планеты из разных галактик. Ты всего лишь обслуживающий персонал. А еще Артем женат. И если по какой-то причине он не желает, чтобы его брачная ночь прошла в этом отеле, ты тут точно ни при чем…»

Но уговаривать получается плохо, и я решаюсь. Я посмотрю ему в глаза. Думаю, мое лицо достаточно вытерлось о его мокрую рубашку, чтобы копоть помешала Артему меня узнать.

Поднимаю голову, одновременно раздается треск, и на всем этаже гаснет свет.

— Коротнуло, — хрипло говорит Артем, и я вздрагиваю. Как и он.

Интересно, о чем он? Об электричестве или?.. Я слишком сильно прижата к нему, чтобы не чувствовать, как его коротит. Точно как и меня.

— Значит, у тебя не от мужа фамилия? — спрашивает Асадов вполголоса. Сглатываю и мотаю головой.

— Я не была замужем.

— Тогда откуда ты? Ты ведь приезжая, я по акценту слышу. Землячка?

— Да, я из столицы… — киваю и шепчу еле слышно.

— А сюда как попала?

— Учиться приехала. По программе. Обмен студентами.

— Ясно, я так и думал. Вот откуда берутся такие кадры.

Руки Асадова начинают двигаться. Он гладит мои волосы и говорит все с той же убийственной хрипотцой:

— Ты умненькая талантливая девочка.

Плохая девочка, — даже в темноте я чувствую, как он улыбается. — У тебя все получится, Лена.

И меня отпускает. Отпускает дикое напряжение, страх, отчаяние. В голове проясняется, и я чувствую безграничную признательность к этому мужчине.

— Учиться было легко, — шепчу, прижавшись щекой к его груди, — а здесь такое чувство, будто я на каждом шагу спотыкаюсь.

— Перфекционизм хорош в некоторых дозах. Тебе надо учиться перестраиваться.

— Как? — поднимаю голову.

— Делегировать полномочия, — он смотрит на меня, я в темноте знаю, что смотрит.

— Я не умею, — безнадежно качаю головой, — мне кажется, что никто не сделает лучше меня.

— Тебе надо сменить приоритеты. Работа не главное, — тон Асадова становится холоднее, — у тебя есть то, что намного важнее отеля. Вот те три зефирки.

Замираю. Он правда это сказал? Миланка тоже назвала себя и сестричек зефирками.

— Они бусинки, — шепчу потрясенно.

— Бусинки, — повторяет Артем и снова улыбается в темноте.