\

Просто поначалу девочки растерялись, но тетке ненадолго удалось задурить им головы, пообещав, что мама совсем скоро к ним присоединится.

— А разве это неправда? — удивилась она, когда Артем попробовал ее упрекнуть. — Ты в самом деле отобрал детей у матери? Совсем что ли одичал, Тема?

Вместо ответа он лишь сильнее нахмурился и поджал губы. Потому что понятия не имел, что тут можно ответить.

Поднял детей на руки — всех троих, они же как пушинки легкие! — и занес в лифт. Пока поднимались, нес какую-то чушь, что вечером можно прийти покататься на лифте. Девочки смотрели настороженно и молчали.

Завел в номер.

— Располагайтесь. Выбирайте комнаты, а потом пойдем покупать одежду.

И хоть прокашлялся перед этим как туберкулезник, голос все равно звучал неестественно. Будто он рекламный ролик озвучивает. Фальшиво-радостный голос.

— А мама скоро приедет? — спросила Миланка.

— Мы не хотим покупать одежду без мамы, — подхватила Маргаритка.

Марьяша просто смотрела исподлобья, и под перекрестными взглядами трех пар голубых глазищ Артем чувствовал себя днищем.

Ужинать девочки тоже отказались. Нет, в ресторан они пришли, даже за стол сели.

В душе Артем ждал… сам не знал, чего ждал. Наверное, надеялся их ошеломить и потрясти. А потом вспомнил пятилетнего себя.

Детей управляющей отеля сложно потрясти рестораном. Это их мама оценила бы роскошь, пусть даже с профессиональной точки зрения. Детям на пафосность и крутость глубоко наплевать.

Зато первое, что они у него спросили, когда приедет мама. Практически хором, только за стол сели.

— Мы же ее подождем? Не будем без нее ужинать? — не спросила, а объявила Марьяша.

Даже не подумала уточнять, кто.

А Артема при одном упоминании об их маме крыло от нахлынувших чувств.

Первое желание, которое возникло, когда он увидел Алену — задушить. Потому что в момент стало ясно, откуда вся эта дичь с пластырями и масками.

Она его сразу узнала. Она все это время знала. Не посчитала нужным сообщить, что беременная. Что он стал отцом сразу троих детей, тоже не сочла нужным сказать. Не просто детей, девочек!

Как он мог повестись на эти россказни о постоялице, которая оставила кота? Где были его глаза, когда он в детях не разглядел собственную мать?

Его закрутило настоящим торнадо из чувств и эмоций.

Захлестывал гнев, накрывала такая ярость, что даже в глазах темнело.

Целых пять лет на свете живут его дети, а он ни сном, ни духом. Девочки. Дочки. Похожие на оживших куколок. Вот только они не куклы, они живые дети, которым нужен был отец с самого рождения. Такой как был у Артема.

Фоном к этому торнадо служил жгучий, выжигающий нутро стыд. А он еще гадал, правду сказал Берсенев или нет, идиот.

Алена не спала ни со своим отчимом, ни с кем-то другим, Артем это знал точно.