\

Когда его запах будоражит даже смешавшись с запахом гари и пота. Когда его хриплый голос выбивает из-под ног почву.

Чувствую, что тону в этом коконе. Из последних сил пробую высвободиться, но получается освободить только руки. Асадов объятия не разжимает, наоборот, только усиливает хватку.

Теперь мне их некуда деть. И как я мысленно ни ругаю себя, мои руки сами тянутся и несмело обвивают его талию.

Все. Я пропала.

Опять попалась как рыба на крючок.

«Алена, очнись. Артем совсем не тот, каким ты его представляешь. Он холодный, расчетливый и эгоистичный. Он не просто богатый, а богатый до безумия. Вы как две планеты из разных галактик. Ты всего лишь обслуживающий персонал. А еще Артем женат. И если по какой-то причине он не желает, чтобы его брачная ночь прошла в этом отеле, ты тут точно ни при чем…»

Но уговаривать получается плохо, и я решаюсь. Я посмотрю ему в глаза. Думаю, мое лицо достаточно вытерлось о его мокрую рубашку, чтобы копоть помешала Артему меня узнать.

Поднимаю голову, одновременно раздается треск, и на всем этаже гаснет свет.

– Коротнуло, – хрипло говорит Артем, и я вздрагиваю. Как и он.

Интересно, о чем он? Об электричестве или?.. Я слишком сильно прижата к нему, чтобы не чувствовать, как его коротит. Точно как и меня.

– Значит, у тебя не от мужа фамилия? – спрашивает Асадов вполголоса. Сглатываю и мотаю головой.

– Я не была замужем.

– Тогда откуда ты? Ты ведь приезжая, я по акценту слышу. Землячка?

– Да, я из столицы… – киваю и шепчу еле слышно.

– А сюда как попала?

– Учиться приехала. По программе. Обмен студентами.

– Ясно, я так и думал. Вот откуда берутся такие кадры.

Руки Асадова начинают двигаться. Он гладит мои волосы и говорит все с той же убийственной хрипотцой:

– Ты умненькая талантливая девочка. Плохая девочка, – даже в темноте я чувствую, как он улыбается. – У тебя все получится, Лена.

И меня отпускает. Отпускает дикое напряжение, страх, отчаяние. В голове проясняется, и я чувствую безграничную признательность к этому мужчине.

– Учиться было легко, – шепчу, прижавшись щекой к его груди, – а здесь такое чувство, будто я на каждом шагу спотыкаюсь.

– Перфекционизм хорош в некоторых дозах. Тебе надо учиться перестраиваться.

– Как? – поднимаю голову.

– Делегировать полномочия, – он смотрит на меня, я в темноте знаю, что смотрит.

– Я не умею, – безнадежно качаю головой, – мне кажется, что никто не сделает лучше меня.

– Тебе надо сменить приоритеты. Работа не главное, – тон Асадова становится холоднее, – у тебя есть то, что намного важнее отеля. Вот те три зефирки.

Замираю. Он правда это сказал? Миланка тоже назвала себя и сестричек зефирками.

– Они бусинки, – шепчу потрясенно.

– Бусинки, – повторяет Артем и снова улыбается в темноте.