Ты есть

– Она самая, – огрызнулась я и попыталась пройти мимо Алисы, но не тут-то было.

Она мне перегородила дорогу и уперла руки в бока.

– И куда ты собралась? Может, поговорим? Я тебе популярно объясню, как чужих мужчин уводить."

"– Интересно, у кого это я увела? – в тон ей ответила. – Да и вроде Максим не баран, чтобы его можно было увести из стойла.

Я прекрасно поняла, что она имела в виду себя и Максима. Но при чем тут я?

– Не притворяйся, что ты ничего не понимаешь и нечего строить тут из себя…

– Так, помолчи немного! – грубо одернул её Максим и повернулся ко мне: – Юлька, ты что тут делаешь?

И я не нашла ничего умнее, как ответить:

– А то ты не знаешь.

Я-то имела в виду, что он должен был догадаться, что я иду от Леськи. Но только когда я произнесла слова вслух, то сообразила, что они звучат очень двусмысленно.

И именно в двусмысленном русле их и истолковала Алиса.

Она истерически захохотала и попятилась назад:

– И ты после этого ещё будешь мне говорить, что между вами ничего нет? Я сразу поняла, что эта дрянь на тебя глаз положила! Ещё бы! Замечательный вариант! Мамочка охомутала папочку, а дочура подцепила сынка!

Больше выслушивать пьяный бред ревнивой девицы я не собиралась, и, пробормотав под нос ругательство, не совсем тактично пихнула Алису в плечо и направилась к дому. Та крикнула мне в след оскорбления, но я сжала зубы.

Отличное завершение праздника. Лучше не придумаешь.

Я выцепила взглядом матушку и направилась прямиком к ней, где без обиняков заявила:

– Мама, мы едем домой.

Та несказанно удивилась моему заявлению.

– Ребенок, ты чего…

– Ничего, мы просто едем домой.

– Нет-нет, дорогая! Праздник продолжается. К тому же, Лёша… Алексей Максимович выделил нам комнату, и мы…

Я перебила её, выложив, как на духу:

– Мама, в охотничьем домике спит пьяная Леська. Если её увидит в подобном состоянии Николай Петрович, он её убьет. Нам надо её привести в порядок.

Моя Александра Михайловна от удивления открыла рот и позабыла его закрыть.

– Да, вот такие мы непутевые дети. И мы вляпываемся в разные гадкие истории. А в этом случае, мама, мне нужна твоя помощь. И, да, потом ты можешь мне высказать всё, что думаешь обо всем нашем испорченном поколении, но пока просто помоги.

– Но… как?

Прекрасно понимала мамину растерянность. Она не привыкла, чтобы я к ней обращалась за помощью. Она растерялась, её глаза забегали из стороны в сторону.

Я громко застонала.

– Мама, не надо делать такое лицо. Вселенской катастрофы не произошло. Просто поехали домой. От тебя единственное, что требуется, позвонить часиков в десять Николаю Петровичу, и сообщить, что детки, то бишь, мы, спим, и что у нас всё хорошо. А к вечеру Леська придет в себя.

– Но…

– Мама… Пожалуйста.

Видимо, в моем голосе прозвучало нечто, насторожившее её.