Твоя случайная жертва

Ничего другого ему не удастся во мне пробудить.

Но я уже знала эти покалывания…это предвестники того устрашающе мощного ощущения, которым захлестывает рассудок, превращая тебя в животное…и я не хочу чтоб это произошло со мной снова.

— Повернись к камере, Ксения.

Затаив дыхание медленно повернулась, сжимая в пальцах льдинку.

— Давай. Медленно. Два кусочка в обе руки и растирай…Ммммм, — голос чуть сел, — вот так. По кругу. Убери лед. Твою мать, Ксения, они прекрасны, когда вот так сжаты и тверды. Прижми лед и держи.

Соски пронизало как уколами тысячи иголок. И я ощутила, как набухло все внизу, как вытекла влага на трусики. И я не знала какого черта все происходит именно так и мое тело позволяет ему творить со мной все эти мерзости. Хотела отнять лед, но он не дал.

— Рано. Держи и растирай пока не онемеют от холода.

Возбуждение накатывало волнами, оно сосредоточилось в замерзающих сосках и в груди, которую словно распирало изнутри. От чего-то представила на ней его руки с неровными пальцами, представила как ладони сжимают полушария и вздрогнула от понимания, что я бы хотела ощутить на себе эти ладони сейчас.

— Одну льдинку в рот и соси, а другой вниз к пупку.

Загипнотизированно и послушно выполнила, ощутив, как стало мутно в голове и как печет льдинка язык, охлаждая горячее дыхание.

— Если бы я был возле тебя — я бы сейчас сосал твои соски пока они не стали бы горячими, Ксения, согревая их у себя во рту. Ты хотела бы чтоб я их сосал?

— Да.

Не задумываясь, ведя льдинкой к пупку и чувствуя, как учащается мое дыхание. Я просто покоряюсь ему из-за договора. Ничего более. Так надо. Я в этом не виновата….это он заставляет меня хотеть.

— Сними трусики.

Стянула кружевную ткань и услышала его хриплый выдох.

— Сядь на стол. Одну ногу разведи в сторону, а вторую поставь на столешницу, чтоб я тебя видел. Проведи по свей дырочке.

Как же это отвратительно. Все эти словечки. Все эти приказы, от которых меня подбрасывает на месте и хочется изогнуться как от ударов плетки.

— Проведи и покажи мне пальцы, Ксения.

Провела, кусая губы, и чувствуя какими вязко-мокрыми стали пальцы.

— Разведи их. Чувствуешь какие они влажные, липкие. Ты течешь…течешь для своего насильника, Ксения. Правда это отвратительно, малышка? Возьми еще два куска льда. Один в рот, другим медленно спускайся вниз. По внутренней стороне бедра. Мммм, я вижу твои мурашки. Вот так да. Коснись себя там. Приласкай свою девочку. Сначала с одной стороны, потом с другой. Вдоль нижних губ, еще ниже. Хочешь охладиться?"

"Лед обжег горячую плоть и с губ сорвался стон. До боли хотелось дотронуться посередине, где казалось сосредоточился источник болезненного напряжения и пульсировал короткими импульсами, словно требуя облегчения.