Тысяча поцелуев

Хью, уже поставивший ногу на подножку экипажа, остановился, но Дэниел не дал ему ретироваться и даже слегка подтолкнул внутрь:

– Увидимся во время второго завтрака.

Хью открыл было рот, чтобы выразить свой протест, но Дэниел уже захлопнул дверцу.

Оказавшись внутри, Хью огляделся. Харриет и Элизабет сидели лицом по ходу экипажа, и между ними громоздилась гора книг и бумаг. Харриет пыталась удержать на коленях доску для письма, за ухом у нее торчало перо.

– Как мило со стороны Дэниела усадить вас в экипаж вместе с нами, – обрадовалась Френсис, как только Хью уселся рядом с ней (вернее, еще до того).

– Действительно, – пробормотал Хью, который и на самом деле был благодарен Дэниелу: уж лучше леди Френсис, чем какая-нибудь чванливая старая особа или джентльмен с сигарой. И, конечно, сестер ее вполне можно вынести.

– Это я его попросила! – похвасталась Френсис. – Мы так веселились на свадьбе! И торт ели вместе!

– Я видела, – бросила Элизабет.

– Ничего, что вы сидите против движения? – забеспокоилась Френсис. – А то Харриет и Элизабет всегда становится плохо.

Элизабет было запротестовала, но Френсис парировала:"

"– Но это правда! Что позорнее: мои слова, что вам может быть плохо, или сам факт, когда вам действительно станет плохо?

– Я предпочел бы первое, – заметил Хью.

– Собираетесь так пикироваться целый день? – проворчала Харриет, из всех сестер больше всего походившая на Сару, только с более светлыми волосами, но с теми же чертами лица и той же улыбкой.

Смущенно улыбнувшись, девушка посмотрела на Хью:

– Простите, я обращалась к сестрам, разумеется, не к вам.

– О, ничего страшного, – ответил он с легкой улыбкой. – Но, поверьте, я не собирался вам мешать.

– Просто я намеревалась поработать, – призналась Харриет, пристраивая на доске небольшую стопку бумаги.

– Как ты себе это представляешь? – возмутилась Элизабет. – Все ведь чернилами забрызгаешь!

– Вовсе нет. Я разработала новый метод.

– Писать в экипаже?

– У меня уйдет меньше чернил, клянусь! И кстати: кто-нибудь вспомнил про печенье? Я всегда успеваю проголодаться до того, как мы останавливаемся на ленч.

– Френсис захватила немного. И знаешь, маму удар хватит, если ты забрызгаешь чернилами…

– Осторожнее орудуй локтями, Френсис!

– Простите, лорд Хью: надеюсь, вам не больно. И я не захватила никакого печенья: думала, что это сделает Элизабет.

– Ты сидишь на моей кукле?

– О, вздор! Я знала, что должна была поплотнее позавтракать. Не смотри на меня так! Я не залью чернилами сиде…

– Твоя кукла здесь. Но как ты собираешься использовать меньше чернил?

Хью только успевал переводить взгляд с одной сестры на другую: казалось одновременно беседуют дюжины полторы девушек, в то время как их было всего три.