Убийца по вызову

И тут вдруг я голос Ильича слышу: «Что за безобразие? Где все?» У него свой электронный ключ от ворот, вот он и въехал. Главный со своего места поднялся и говорит, что, мол, наконец-то они дождались виновника торжества. То есть они, оказывается, Садовникова ждали.

– Вы извините, я выйду, – неожиданно поднялась Оксана. – Хватит с меня того, что я один раз это пережила. Второй раз об этом даже слышать не хочу. И так до сих пор трясет. – И она вышла.

– Ну, вы ее тоже поймите, – извиняющимся тоном проговорил Павел. – Зрелище было действительно тягостное. Ильич увидел посторонних, но совсем не испугался, а только спросил: «Это еще что за явление?» А главный его в ответ спросил: «Ты – Садовников?» А Ильич ему: «Для начала, вы – Садовников». Тут один из бандитов воскликнул: «Ты, сука, еще и выделываешься!» – и ударил Ильича в живот, даже со стороны было видно, что очень сильно. Ильич как-то так глухо вскрикнул и упал. Бандиты его подняли, посадили на диван, и главный приказал одному из них: «Док, приступай!» И тут вдруг слышу голос Полины Андреевны: «Уроды! Вы же его убили!» А потом и она сама появилась, бежит к Садовникову и кричит: «Его же на войне в живот ранили! У него там внутри места живого нет!» Один из бандитов ее сзади схватил, чтобы остановить, а она его укусила, причем, видимо, сильно, потому что он ее выпустил, а потом сильно оттолкнул. И сказал при этом: «Еще кусается, сука старая!»

Гуров жестом остановил Павла и повернулся к Крячко, который тут же заявил:

– Уже в пути! Мухой туда и обратно!

– Сюда не надо. Поезжай сразу к Степану. Мы, как освободимся, тоже приедем, чтобы все обсудить. Там новостей тоже должно быть много.

Стас ушел, а Лев обратился к Павлу:

– Извини, что перебил, продолжай, пожалуйста."

"– Полина Андреевна на ногах не удержалась, упала и больше не шевелилась. Главный велел ее к остальным в подвал отнести, и, когда они ее подняли, я увидел, что на полу кровь осталась. А главный все никак успокоиться не мог и спросил Дока: «Ты можешь его в чувство привести? Мне с ним поговорить надо». Это он о Садовникове. А тот головой покачал: «Голяк, шеф. Видимо, разрыв внутренних органов. Он, считай, уже труп». Главный повернулся к тому, кто Ильича ударил, и сказал: «В этом месяце без премии. Будешь знать, как без команды кулаками размахивать. Ты мне все дело завалил». Тот только вздохнул: «Понял, шеф». Главный приказал обыскать Ильича и все, что при нем будет, с собой забрать – он позже посмотрит. А потом они ушли. Я подождал немного и спустился вниз. Ильич был без сознания, бледный, пульс еле прощупывался. Я крикнул Ксане, чтобы она с сумками вниз шла, и пошел в подвал наших освобождать. Я надеялся, что бандиты ключи в замочной скважине оставят, а они их с собой унесли. Но я знал, где запасные лежат, так что открыл.