Убийца по вызову

– Родным дядей, с позволения их матери? – язвительно заметила Лика. – Охранники, которые по приказу Болотина и Садовникова издевались над Ольгой, избиты. Садовников серьезно ранен. Вы думаете, это вызовет у кого-то сочувствие? Нет! Женщины будут аплодировать стоя! Аплодисменты перейдут в овации, потому что зло наказано. И наконец, появляется запись вашего, Лев Иванович, разговора с Ольгой. Вы послушайте, освежите в памяти, что вы там несли! А вот Ольга в отличие от вас повела себя очень умно, она каждой своей фразой провоцировала вас на все новые и новые неосторожные высказывания, а вы на это велись!

– Да она в жизни до этого не додумалась бы, ее Ольшевский научил, – не выдержав, крикнул Гуров."

"– Да! Он! Я тоже в этом не сомневаюсь, – согласилась с ним Лика. – Но это говорит только о том, что он умнее. Он подготовил эту операцию: разозлил вас, заманил, спровоцировал. И что в результате? Я опускаю оскорбления, которые вы нанесли Ольге, по сравнению со всем остальным – это чепуха. Вы, полицейский, незаконно получили и храните документы, имеющие большую ценность и принадлежащие семье Болотина. Вы обещали их сжечь, чтобы деньги не достались Ольге. Вы, когда это говорили, о детях подумали? Вы ведь обрекли бы на нищету не только Ольгу, но и их. Какая женщина-мать не посочувствует Ольге и не проклянет вас? – Голос Лики звенел от гнева.

– Ну, естественно, я говорил это несерьезно, – попытался оправдаться Лев, но она просто отмахнулась от него и продолжила:

– Мало этого, вы еще заявили, что Ольга на коленях должна просить прощения у Садовникова, который над ней издевался. Как и у Болотина, который своими словами и действиями привел к тому, что она на первой пресс-конференции выглядела как законченная стерва. А все только потому, что верила каждому слову мужа! Лев Иванович, вы понимаете, что за все это вас морально распнут? Вы фамилию свою постесняетесь кому-нибудь назвать! Об остальном даже не говорю! И это оружие против себя вы сами вложили в руки Ольшевскому! Ну?! Возразите же мне на это хоть что-нибудь! Вы! Живая легенда МУРа! – уже кричала она.

А что Гуров мог ей на это ответить, если она была во всем права? Он сидел, молчал и смотрел в пол. Молчали и Степан с Ликой.

– У нас с вами очень нелегкая работа, – наконец сказала она. – И первым пунктом у нас должно стоять дело, а вот эмоции и амбиции – на последнем. К сожалению, уже не в первый раз у вас эмоции берут верх над разумом, а в результате страдает дело. Может быть, вам нервы подлечить? Здесь, в Подмосковье…

– Хватит! – заорал, вскакивая, Гуров.