Ученица чародея

Конечно, это не извиняет меня, но, Бог свидетель, я молилась всем святым, чтобы помогли снять чары и сохранить вам жизнь. Простите меня, мсьё!

Лицо Огюстена немного смягчилось. Слава Деве Марии! Он мне верил.

– Все это пока выше моего понимания, мадемуазель, – мрачно признался великан. – Я даже не могу толком понять, что именно вы сделали, хотя мадам Тэйра уже кое-что объяснила.

– Да, но наверняка она не сказала вам, что все-таки нашелся выход, – я решительно протянула ему нож, который достался мне от Этьена. – Если вы пустите мне кровь, вы свободны.

Старушка недовольно покачала головой.

– Что значит – пустить кровь, мадемуазель? – в смятении пробормотал Огюстен.

Я вложила нож в его руку:

– Значит, что вы должны ударить меня ножом. Только прошу вас, не смертельно… Огюстен отступил назад в замешательстве:

– Я, конечно, несколько… гм… сердит на вас, мадемуазель, но не до того, чтобы кидаться, как варвар…

Мадам Тэйра фыркнула:

– А еще после этого парню придется уйти, не оборачиваясь. Забыла, Абели? И куда он сейчас пойдет? По ночи, по горам? Волков кормить или кувырком в пропасть?

– Простите, это я упустила из виду, – покраснела я.

 – Можно сделать все утром…

Огюстен сглотнул.

– Думать надо, Абели, а потом говорить. Лучше иди к костру и подкрепись, – строго велела старушка, а затем указала пальцем Огюстену на место рядом с собой: – И ты, парень, садись и ешь. Все равно обратного пути в Перуж нету. Ты там родился?

– Нет, – ответил Огюстен, с облегчением опуская нож. – Меня привели в Перуж торговые дела. Ткани привез из Лиона. Потом мне предстояло отправиться в Турин и Милан.

– Ну, любезный, в Савойю тебе теперь путь заказан. Еще кого-нибудь пусть хозяин отправит, – крякнула мадам Тэйра.

 – Голова, надеюсь, тебе дороже. По горам вас мои молодцы проведут. Выйдете к Бург-ан-Брессу. Там граница не охраняется почти. Потом по дороге, минуя Вильфранш-сюр Сон, до Лиона всего денек пешком. Круг сделаешь небольшой. Всего-то!

– А как же мое задание? Хозяин недоволен будет, – пробормотал Огюстен.

– Наверняка не лопнет от злости, – хмыкнула пра-прабабка. – Я, как ясный день, вижу, скоро богатство к тебе в руки само приплывет. Так что не печалься, парень, если хозяин злиться станет. Не век тебе ему служить.

Сам хозяином будешь.

Глаза Огюстена разгорелись.

– Богатство? Откуда вы знаете?

– Духи нашептали, – довольно подбоченилась старушка. – Хорошо с тобой все будет, как сыр в масле станешь кататься. Если только правнучку мою не обидишь.

Великан с осторожностью взглянул на меня, а бабка продолжила:

– И никакая она не ведьма, не слушай больше того чернявого. Он сам порченый. Дар у нее целить людей, боли на себя забирать. Тяжело это. Сам видел, что с ней сделалось, когда она тебя от ран избавила.