Ученица чародея

Но камень вам не отдам, самой пригодится.

Старуха сделала недовольную гримасу и запыхтела, как каша в печке. Маленькие глазки превратились в щелочки, а пальцы с короткими грязными ногтями зашевелились, словно она собиралась ворожить.

Огюстен растерянно посмотрел на нас, за окно – там уже совсем потемнело небо, потом снова на нас и пробормотал примирительным тоном:

– Дамы, не ссорьтесь. Прошу вас! Мадемуазель Абели, может, нам действительно лучше ехать? Надвигается буря, а вы еще слабы. Еще утром я боялся, что вы не выживете.

– Ничего, я ведьма.

Позаимствую силу кое у кого, – процедила я. – Есть должничок. Мало не покажется.

Старуха проскрежетала:

– Ты не знаешь как.

– Вы научите.

– А коли не получится? Тогда всем конец.

– Я все-таки рискну.

– Не проще ли пожертвовать одним, чтобы жили другие? – цокнула языком старуха.

– Не проще, – я стиснула зубы. – Если Этьен умрет, рубин рассыплется на мелкие кусочки прежде, чем мы покинем Бург-ан-Бресс. Я вам это обещаю.

– Совсем рехнулась, – шикнула старуха."

"Форточка с шумом распахнулась, и жутко завыл, мечась по комнате, ветер.

С неба на землю посыпались черные снежинки, крупные, будто хлопья сажи над очагом.

– К тому же бежать уже поздно, – заметила я и, не позволяя страху восторжествовать, улыбнулась одной из самых милых своих улыбок. – Не так ли, мадам, мсьё?

* * *Черный снег кружил над городом все сильнее, припорашивая красные крыши и серую мостовую, ложась на объятые трепетом зеленые листья и на испуганные до темени воды бурного ручья у сырной лавки. Изо всех углов слышалось дрожащее «In nomine Patris, et Filii…» Люди, в ужасе прикрывая головы от бесовской напасти, торопились спрятаться в укрытия, крестились оглашенно.

Женщины, уводя в дома ребятню, голосили и причитали. Ржали до хрипа лошади, срывались на вой собаки, забиваясь в подворотни. Закрываясь, хлопали ставни, запирались замки.

Черная зима в конце мая напугала всех, и меня, наверное, тоже. Но я не думала о том, что мне страшно – решила подумать потом, когда все закончится. На том свете или этом. Время побояться в задний след еще будет. Радовало лишь одно – непогода оставляет улицы пустыми, лишает меня непрошеных свидетелей.

Несмотря на пронизывающий, ледяной ветер мне было жарко – внутри пылал огонь, вздымался по позвоночнику, озарял внутренности багряными всполохами. Сильнее жара мне не доводилось испытывать. С помощью рубина я одолжила по грамму обычной, живой силы у всех родичей. Они и не заметят, разве что чуть раньше захочется вздремнуть или наесться посытнее. А еще, не церемонясь, забрала яркий, с темными всплесками огонь жизни у чернокнижника.