Уголовный шкаф
Актриса Виола Палеева на седьмом небе от счастья: в антикварном магазине она приобрела шкаф конца XVIII века, принадлежавший купчихе Брыкаловой. Однако радость от покупки быстро сменилась разочарованием и ужасом. Сначала в квартиру актрисы проник вор, и только по случайности Виола не стала жертвой нападения. Потом в мебельной мастерской, куда отвезли шкаф для реставрации, нашли труп мужчины. А на строительной площадке, где шла подготовка к сносу дома купчихи, покалечились и погибли рабочие. А ведь кровавая надпись на стене этого дома предупреждала: «Коснешься ты, и смерть коснется тебя». Неужели и вправду покойная барыня мстит за разоренное гнездо? Но полковник Гуров, ведущий расследование, не верит в мистику. Он ищет не бесплотные привидения, а кровожадных отморозков, готовых ради денег на все.
Но если это просто кража, то вполне тривиально.
– Ты имеешь в виду, Лев Иванович, зачем было снова все класть назад в тайник?
– Точно! – обрадовался Гуров тому, что старый друг и коллега понял его с полуслова. – А потом появилась умная голова, которая сообразила, что все золото продать быстро не получится. Что его надо где-то хранить. А в тайнике все это хозяйство будет лежать под надежной музейной охраной. И никому и в голову не придет искать золото там. И они вытаскивали понемногу и пытались продать, искали покупателей, экспертов. А заделали швы в распиленных досках вот этим…
Гуров протянул Орлову лист с результатами экспертизы.
– Шпатлевка по дереву, немецкая фирма OSMO? – Орлов посмотрел на Гурова. – И что ты этим хочешь сказать?
– Это профессиональная шпатлевка, Петр Николаевич. Цветная. Она позволяет подбирать цвет под конкретный вид древесины. Я видел остатки на задней стенке в утро после убийства. Подобрана идеально. Шва в местах распила совсем не видно. Человек, посоветовавший эту шпатлевку, знал толк в вопросах ремонта или реставрации мебели или тесно контактировал с мастерами.
– Курочкин? – поднял брови Орлов.
– В купе с его испугом во время моего визита я считаю его вину косвенно доказанной его косвенным признанием. Вопрос: кто остальные?
– Ну, одного мы точно знаем, – усмехнулся Орлов.
– Да, знаем, – согласился Гуров и достал из папки еще один лист бумаги. – Точнее, поздновато мы с ним познакомились. Личность убитого в мебельном цеху, которого нашли возле шкафа, установлена. Это некий Армен Хондулян.
– Что, совсем ничего?
– За исключением одной мелочи. В группу его основных контактов входят Кусок и Самурай. То бишь Кушнарев и Самарин.
– Тот самый Кушнарев, который контактировал с неизвестным нам Копытом. С тем Копытом, который пытался продать или найти покупателя на драгоценности?
– Да, круг замкнулся, – кивнул Гуров. – Только нам от этого пока не легче. У нас нет ни начала ниточки, нет и конца.
– Так. – Орлов начал говорить, пристукивая костяшками пальцев по крышке стола. – Неизвестный по кличке Копыто получил из шкафа, который стоял в музее, от неизвестного лица ювелирное изделие восемнадцатого века. Так? Он вошел в контакт с Кушнаревым, и чем закончился контакт, нам неизвестно. Позапрошлой ночью шкаф вскрыли неизвестные люди и похитили все драгоценности. Так? Один из них то ли в результате ссоры, то ли по другой причине был убит. Это Хондулян.














