Укол китайским зонтиком

Мужчина равнодушно взглянул на Надежду и проговорил:

– Пристегнитесь!

– И не подумаю! – фыркнула Надежда.

– Ну, как хотите… – он резко повернул руль, сворачивая из второго ряда. Надежду швырнуло в сторону, она ушиблась и решила, что лучше все же пристегнуться.

– Давно бы так! – фыркнул водитель. – Кстати, хорошо вы проучили моего человека. Надеюсь, хоть это послужит ему уроком.

– Ну уж и сотрудников вы себе подбираете, – ехидно заговорила Надежда, – ну совершенно парень мышей не ловит!

Она тут же прикусила язык – вовсе незачем выбалтывать этому типу, что она вычислила его парня уже давно. Сначала нужно узнать, что ему от нее надо.

– Вы правы, – сказал неприметный водитель. – Совсем молодежь работать не умеет!

После этого он замолчал, и следующие несколько минут они ехали в тишине, наконец Надежда не выдержала и проговорила:

– Кто вы такой? Что вам от меня нужно? Зачем вы перевернули вверх дном мою квартиру?

– Квартиру? – переспросил водитель, впервые с интересом взглянув на Надежду. – Квартиру – это не мы.

– Да, как же! – недоверчиво фыркнула женщина. – Так я вам и поверила!

– Верить мне или не верить – ваше дело. – Водитель пожал плечами и сосредоточился на дороге.

– Так куда же вы меня везете?

– Скоро узнаете! – Он взглянул на Надежду странным взглядом – одновременно пристальным и равнодушно-отсутствующим, и у нее отчего-то отпало желание задавать вопросы.

Она замолчала и уставилась перед собой. Причем – странное дело! – хотя она, казалось бы, смотрела в окно, она ничего не видела, не узнавала улиц и проспектов, по которым проезжала машина, и поэтому не смогла запомнить дорогу.

Скоро, однако, машина въехала в самый заурядный двор и остановилась перед подъездом.

– Выходите! – все тем же тусклым голосом проговорил водитель.

«И не подумаю!» – хотела сказать ему Надежда, но отчего-то эти слова застряли у нее в глотке, и она молча выбралась из машины и послушно поднялась на крыльцо. Этому способствовало то, что неприметный водитель придерживал ее за левый локоть. А тот, правый, не то чтобы болел, но рука стала какая-то вялая и плохо Надежду слушалась. Так что если он и с этим локтем такое проделает – как бы вообще без рук не остаться.

А такое только Венере Милосской идет…

Дверь была самая неприметная, выкрашенная темно-серой краской. Возле нее висела табличка со странной надписью:

«Прием с 10.00 до 18.00».

И больше ничего – не было даже названия учреждения, которое этот самый прием осуществляет.

На самой двери было что-то вроде кодового замка.

Молчаливый спутник открыл дверь, приложив к этому замку большой палец, и подтолкнул Надежду вперед.