В сети

Из выпивки полагаюсь на безопасника — он выбирает дорогой коньяк для особого случая.

Оказывается, особый случай — это когда ты не в СИЗО и не смотришь на мир через решётку, а ужинаешь в комфортном ресторане со своими людьми."

"Напряжение окончательно отпускает с первым глотком алкоголя. Плавит остатки злости, сбрасывает внутренний тонус до минимума. К этому тонусу я был привязан больше четырёх месяцев, и он до сих пор звенит в костях.

— Ну что, немного передохнул — и надо браться за дела, — говорит Олег, упираясь локтями о стол. — В первую очередь добить контракт с агрохолдингом.

По зерну — нормальный объём, объездные маршруты согласованы. Они просят авансовый график и расширение по фурам.

Это последнее, что мне сейчас хочется слышать. Мозг ещё не переключился в активный режим. Пока шло следствие, работать становилось всё сложнее. Большую часть обязанностей я перекинул на Олега — из-за невозможности регулярно появляться в офисе и следить за автопарком. Но со дня на день собираюсь возвращаться в график. Да и вообще — ко многому.

— У меня есть идея, как сделать мягкий пиар для восстановления репутации, — говорит Игорь, поднимая бокал и делая выжидательную паузу.

Я поднимаю свой, чуть стукаюсь об его, и, под звон стекла, поторапливаю:

— Ну?

— Запустить проект с общественно полезным уклоном. Без шума, но с точными акцентами — так, чтобы нужные люди услышали и сделали правильные выводы.

Это толковая идея, потому что у меня противоречивая репутация — и это факт. Было бы неправдой утверждать, что следствие не повлияло на бизнес и партнёров. Но, странным образом, исправить положение не кажется чем-то невозможным.

— Можно бесплатно или по себестоимости предоставлять транспорт для гуманитарных перевозок.

Это поможет восстановить доверие и аккуратно подчистит след в информационном поле.

Игорь детально расписывает план, а я ем молча. Недопитый коньяк остаётся нетронутым — от звона в голове он всё равно не спасёт. Мне нужно время. Пару дней, чтобы снова войти в ритм и перестать фиксироваться на том, что свобода моих движений, действий, звонков и круга общения всё ещё под вопросом.

Я ем машинально, не ощущая вкуса сочного мяса во рту. Прохожусь глазами по залу, по людям. Возвращаюсь в реальность с задержкой.

Когда телефон оживает на краю стола, я так же на автопилоте тянусь к нему, снимаю блокировку и касаюсь уведомления, переходя во вкладку входящих сообщений.

Номер не подписан, но это и не обязательно. Представляться передо мной не нужно: я и так понимаю, кто это.

Перед глазами скачут буквы, не желая складываться в слова. Сердце заводится, как мотор — с рывком, вибрацией в груди. Гул накрывает всё остальное: идеи Игоря, музыку и цокот посуды за соседним столом.

«Представим, что мы незнакомы.