В сети
Повышение цены после завершения до 179 «Хочу тебя»«Увидеть»Я читаю два сообщения, прилетающие подряд, не успев разблокировать экран.Ничего не обещающая переписка начинает выходить за пределы выстроенных границ, и единственное, чего мне хочется, — не разочароваться в образе мужчины, который в данный момент кажется мне почти… идеальным.«Наше анонимное общение мне больше по душе», — набираю ответ.«Не вижу проблем. Мы можем соблюдать конфиденциальность и при встрече».«Никаких имен, данных и прочей личной информации?»«Почему бы нет? Тебя устроит завтра?»Сердце бешено колотится. Я хочу, но в то же время трушу. После пяти лет отношений я напрочь отвыкла общаться с мужчинами вне работы. Флиртовать и кокетничать — тем более.«Я ни разу тебя не видела. Вдруг ты страшный?»На телефон падает вложение с фотографией, и я мысленно соглашаюсь даже раньше, чем успеваю открыть и увеличить. Потому что образ, который я нарисовала себе в голове, ничуть не уступает тому, что вижу.ОДНОТОМНИК, ХЭ
Я ненадолго отрываюсь от экрана, чтобы провести ладонью по женскому бедру и сжать чуть сильнее, наслаждаясь мягкостью и едва заметным напряжением под рукой.
«Ясно. Нет, я не буду спать, Лекс».
Алкоголь стекает по горлу в желудок. Карты давно заброшены, а компания распалась на небольшие группы.
Я не знаю, насколько это адекватно — испытывать интерес к незнакомке по переписке, но он в разы сильнее, чем к знакомой и уже понятной рядом Насте.
«Что тебе ясно?», — спрашиваю напрямую.
«Озвучить?»
«Разумеется».
«Ясно, что ты не ходишь на свидания, потому что предпочитаешь необременительные или даже одноразовые связи.
7.
***
Вопрос Оливии звучит вовсе не как вопрос — скорее, как констатация факта.
После развода я действительно не заводил серьёзных отношений и даже не собирался. В ближайшие годы — так точно. О том, какие связи предпочитает сама Оливия — одноразовые или не очень — не уточняю, но почему-то уверен, что ей это претит.
Я, блядь, скоро по буквам начну читать намёки и интонации в тексте.
«Да, угадала».
Сообщение улетает раньше, чем я успеваю обдумать, стоило ли вообще признаваться в том, как провожу свой досуг.
«Она красивая?»
Бросаю взгляд на Настю и ненадолго подвисаю. Спускаюсь от шеи ниже — к груди, выразительной талии и бесконечно длинным ногам в чёрных лаковых туфлях на убийственной шпильке. Она звонко смеётся, салютуя бокалом подруге, запрокидывает голову и демонстрирует белоснежные зубы.
«Не знаю, наверное», — слегка увиливаю.
«Как это ты не знаешь? У тебя же есть какие-то предпочтения? Она в твоём вкусе?»
Я открываю камеру и снимаю короткий ролик — в кадре моя ладонь, скользящая по ногам.
«Шикарная у вас тусовка».
«Нормальная».
«Никогда раньше не обращала внимания на чьи-то руки, но твои выглядят... впечатляюще. И не прибедняйся, Лекс. Девушка, которую ты гладишь, — очаровательная».
Я хочу написать, что в любой момент — стоит ей только дать знак — могу отменить намеченные планы и встретиться с ней в нейтральном месте.
Не только в нейтральном — где угодно.
Я не против пригласить её домой, если не испугается. Но не знаю, насколько это будет уместно.
Задумчиво отбиваю ритм пяткой.
Я никогда не общался по перепискам. Даже на сайте знакомств ни разу не регистрировался. Даже когда было пиздец как тошно после развода. В какой-то степени Оливия — мой первый подобный опыт. И чтобы не скатиться к «в душ и без меня», приходится постоянно себя одёргивать.
«Давай, я тебе свою впечатляющую руку, а ты мне — что-нибудь не менее интересное.















