В сети

"

"Это… Блядь, сложный вопрос, потому что если с той же Настей можно не отсвечивать месяцами, а потом, как ни в чём не бывало, появиться на горизонте — и она бы слова не сказала, то Оливия из другой категории: требовательных, залюбленных и избалованных девушек. Это видно с первого взгляда — по тому, как она себя ведёт и что говорит. На таких у меня нет времени, особенно сейчас, когда вокруг слишком много лишнего внимания и совсем не тот момент для новых привязок, которых я и без того стараюсь избегать.

— Скорее второе. Разовая акция.

В динамике раздаётся смешок. Игорь не из тех, кто проявляет эмоции без причины, и моя интимная жизнь его никогда не заботила, поэтому такое настроение явно не к добру.

— Слушай сюда, мудачина, — начинает он. — Этой ночью ты поимел Ольгу Дмитриевну Белогорскую. У неё нет активных соцсетей, но на неё есть много другой информации.

В ушах гудит, будто меня хорошенько приложили по затылку. Фамилия знакома… Где-то отдалённо. Но выцепить из памяти, кто такая, не представляется возможным, потому что вместо порядка в голове — белый шум и ни одной внятной мысли.

Ольга, значит.

Оля.

— Она — дочь советника министра юстиции, — откашлявшись, продолжает Гоша.

— Там целая династия, Сань. Все с младых лет в системе. А сама Ольга, между прочим, прокурор. И именно она курирует дело… по офшорам и теневым контрактам.

Разговор ведётся завуалированно, но я прекрасно понимаю: документы, которые они поднимают, пересекаются с моими маршрутами и поставками. Я подозревал, что Оливия-Оля никакой не воспитатель, но не думал, что она окажется с таким, сука, бэкграундом. Это перебор.

— Ты уверен?

— Сейчас скину всё, что нарыл. Ты охуеешь. Я и сам охуел.

Если с другими ещё можно как-то договориться и по-тихому порешать, то с этой до пизды принципиальной дамой — никак. Вообще никак, Сань.

19.

***

Мы с Игорем пересекаемся в ресторане неподалёку от его дома. Некоторые темы сложно обсуждать по телефону, поэтому личная встреча оказывается как нельзя кстати.

Несмотря на то что я, казалось бы, переварил новость об Оливии, информация, которую просматриваю на планшете, снова расшатывает. Наверное, я до последнего надеялся, что Оливия и Ольга Белогорская не имеют ничего общего, но с фотографии в форме прокурора, снятой в анфас, на меня смотрит слишком знакомое лицо.

Это всё усложняет до состояния, в котором логика рассыпается.

Светлая кожа. Голубые глаза. Пухлые губы. Аккуратный изгиб бровей. Волосы, гладко убранные назад. И две родинки рядом, почти вплотную, с левой стороны.

Я листаю снимки дальше: на трибуне, на вручении награды, во время пресс-конференции — с микрофоном и строгим выражением лица.

Узнавание накрывает с головой — не плавно, а ломом по нервной системе, от которого немеют пальцы и стынет затылок.