Варвар

Вторгается, сжав моё горло сильными пальцами и, не прерывая зрительного контакта, начинает озверело вколачиваться.

— Больше никто к тебе не прикоснётся. Только я. Только мне принадлежишь, — я забываю о наслаждении и о том, как хорошо с ним. Место занимает страх, дикий, жуткий, как сам Варвар. — Если посмотришь на кого-то другого, я скормлю тебя собакам, — говорит это с сумасшедшей, жуткой ухмылкой.

И я верю его словам. Чувствую, что не врёт и не запугивает. Это обещание. И он его сдержит. Он всегда сдерживает обещания. Но это ведь не навсегда? Правда же? Он просто не хочет, чтобы у меня кто-то был, пока я с ним. А что? Это же нормально… А потом пройдёт время, и он оставит меня в покое.

— Пожалуйста… Не надо, — в глазах темнеет от удушья, и его рука, наконец, исчезает.

ГЛАВА 25

Виталика привезли ближе к обеду, и Али, которому сын почему-то безоговорочно доверял и даже давал ему свою ручку, проводил нас в сад, где уже вовсю работали официантки, сервируя столы и расставляя стулья под большим навесом. На них покрикивал какой-то мужичок в белой униформе, судя по всему, повар. На нас тут же воззрились все присутствующие, и я поспешила уйти в дальнюю беседку.

— А где няня? — поинтересовалась у Али, который не спеша шагал за нами.

— Эльвира приедет чуть позже. Марат Саидович хочет, чтобы вы побыли с сыном подольше. До банкета, разумеется. Потом няня заберёт мальчика.

Да уж. Разумеется. Марату Саидовичу мой сын как бельмо в глазу.

Правда, озвучивать это не имело смысла. Донесут, и барин рассвирепеет, а у меня и так всё тело до сих пор дрожало.

— Тогда оставьте нас. Я хочу побыть с сыном.

— Хорошо, — он развернулся, чтобы уйти, а я взяла малыша на руки.

— Али, подождите!

— Да? — мужчина повернулся.

— А мой муж… Он… Чем он занимается сейчас?

Али нахмурился.

— Я бы не советовал вам спрашивать о нём. Марату Саидовичу это не понравится.

— Нет, вы меня не поняли. Я просто хочу знать… Кхм… Какова его реакция на то, что вы каждый день забираете Виталика? Он обо мне не спрашивал? — я не скучала по мужу, нет. Более того, я ненавидела этого мерзавца. И вряд ли когда-нибудь смогу простить даже ради сына.

Мне хотелось знать, что этому подонку так же плохо, как и мне. А то и хуже. Хотелось услышать, что он мучается и страдает. Что осознаёт свои ошибки и сожалеет о поступках.

— Вашему мужу наплевать на вас. Сегодня утром мне открыла дверь ваша бывшая подруга. А он спал пьяный на диване. Они развлекаются на те деньги, что получили от Марата Саидовича за вас с мальчиком. Ваш муж не мужчина. Он слабак. Смиритесь с этим и перестаньте унижать себя мыслями о нём, — словно по лицу ударил своими словами и ушёл, оставляя нас с Виталиком наедине.

Жестоко. И очень больно. Потому что я не заслужила такого. Не заслужила.