Варька

Странно было бы ожидать от боярыни трудовых подвигов помимо вышивания крестиком, но с другой… Что это будет за плюющая в потолок княгиня? А если у Дмитрия опять трудности возникнут? Она что, сложит руки и ничего делать не будет? Какая предвыборная агитация может быть с такой боярыней в качестве невесты? Да от нее народ на второй день тошнить начнет, как Березовского – от денег! Словом, когда карета Варьки уже покидала боярский двор, настроение у всех трех добровольных сватов было подавленным.

– Да ладно, чего вы, еще четыре невесты осталось! – утешал компанию Нарк.

Однако когда путешественники прибыли на двор купеческой дочери Натальи, ничего радостного для себя они не увидели и там.

– Она красивая, – попытался найти хотя бы один аргумент в пользу этой кандидатуры Хай-Ри.

– И у купцов всегда денег много, – попыталась поддержать пирата Варька.

– Дмитрия пожалейте! – вступился за князя Нарк. – Вы поглядите на нее, она ж, кроме себя, вообще никого не видит! И потом… У нее настолько неиспорченное интеллектом личико, что я опасаюсь, как бы она не сочла девиц де Крус сестрами по разуму.

– Да. Подруга явно влюблена в себя и пользуется взаимностью, – согласилась с Наркотом Варька.

Следующая претендентка на княжескую руку и сердце, столбовая дворянка Авдотья, внешне была очень похожа на телепузика с похмелья, а по габаритам не уступала выставленным у стен сундукам с приданым. Огромные голубые, совершенно пустые глаза абсолютно ничего не выражали. Авдотья тупо глядела в окно, постоянно что-то жевала и никак не реагировала на гостей.

– Подруга ушла в себя и заблудилась, – прокомментировал ее состояние Нарк.

– По-моему, она несколько толстовата, – попытался Хай-Ри деликатно обрисовать пантагрюэлевские размеры Авдотьи.

– Да ну? – деланно удивилась Варька. – Что ты… И вовсе она не толстая, и вовсе она стройная. Просто под слоем сала это не сразу видно. Но с другой стороны… Дмитрий сало любит.

– Угу, – ехидно согласился с Варькой Нарк. – Конечно, она стройная. А размер – это так… Легкое, практически незаметное ожирение.

Четвертая девица, по имени Анастасия, имела в своих жилах аж целых две капли княжеской крови, а потому даже разговаривать с кем-либо напрямую считала ниже своего достоинства.

Варька посмотрела, как Анастасия разыскивает в тарелке борща несуществующую пыль, Нарк выслушал ее тираду по поводу сведения к минимуму постельных отношений, поскольку это грех, а Хай-Ри вполне хватило того, что с ним вообще не сочли нужным поздороваться.

К пятой, последней претендентке компания ехала в совершенно мрачном настроении и безо всякой надежды. И никому не известно, чем бы эта история вообще закончилась, если бы у Варькиной кареты посреди одной из улиц не отвалилось колесо.