Варька

Объект посмотрел на нее. «Дракон», – пронеслось в голове у Варьки. «Сама страшная», – пронеслось в голове у дракона. «Какой он большой и зеленый», – думала графиня, оглядывая его с головы до хвоста. «Зато у меня глаза добрые», – обиделся дракон и попытался встать. Не вставалось. Дракон сердито глянул на Варьку.

– Могла бы помочь, – пробурчал он.

– Это, интересно, как? – возмутилась графиня, оглядев его далеко не мелкие габариты и даже позабыв удивиться тому, что дракон говорящий. – А вообще погоди…

К Варьке в голову постучалась мысль. И даже не просто мысль, а целая гениальная идея. И Варька куда-то понеслась. Собственно, нельзя было сказать, что она неслась совсем куда-то. Она неслась в строго заданном направлении – обратно к карете. А сев в карету, она приказала развернуться и двигать назад. В замок к Руальду Залесскому. В конце концов, рыцарь он или где? Должен же он хоть что-нибудь знать о драконах! Тем более что он рыцарь со стажем.

По дороге к замку Руальда Варька раза три прикусила себе язык, раз пять хотела вернуться и заныкать дракона от посторонних глаз с тем, чтобы потом неожиданно выпустить его на чью-нибудь голову, и еще раз несколько прикинула, не стоит ли поотрубать этому динозавру голову, пока он еще никого не съел. Нужное решение почему-то никак не находилось, и поэтому Варька озаботилась другими, более практичными мыслями. Она подумала, что, раз уж ей попался говорящий дракон, было бы глупо не попытаться его сначала приручить, а затем использовать в качестве военной силы. Забавно посмотреть, как у него получится одновременно и летать, и плевать сверху на глупые головы гоблинов.

Карета ворвалась во двор замка Руальда, и через полчаса Варька поставила на уши весь его гарнизон. Оказалось, что Руальд Залесский имел дело с драконом, но всего только раз в жизни. И дракон тот был как нельзя более мертв. Правда, рыцарь все равно привез его во дворец. И даже сохранил ту кошмарную колымагу, на которой его вез. Предприимчивая Варька велела вытащить транспорт на улицу и припрячь к работе самых здоровых коней. Еще лучше – волов. Руальд Залесский безропотно исполнил Варькино пожелание, и процессия, увеличенная до безобразия за счет целой толпы зевак, двинулась за городские ворота."

"Дракон прекрасно слышал, что его просили погодить, и послушно годил, потому что деваться ему все равно было некуда. Но когда он узрел, что Варька возвращается к нему не одна, а с рыцарем и кучей народа, то понял, что пробил его последний час. Сейчас рыцарь на глазах у изумленной публики снесет ему его глупую голову и преподнесет ее в дар даме своего сердца. А потом наглые вруны-менестрели будут расписывать геройский неравный бой и победу добра над злом. Дракон обреченно закрыл глаза. Потом открыл.