Варвара выступает в поход

Он что-то сделал с Аль-Каримом, тот обмяк и перестал таращиться, закрыл глаза и захрипел. И тут же что-то где-то грохнуло, посыпалось сверху, зашевелились люди в королевской спальне («А? Что? Где мы? Где его величество?»), завопили в коридоре.

Увы, король в кресле тоже обмяк. Глаза смотрели в бесконечность, дыхания не было.

Парень обхватил деда, как сам Аль-Карим меня перед тем, и исчез на ровном месте. Видимо, утянул в свои некромантские тени.

И сразу же стало видно, что за окном уже рассвет.

– Где он был? Откуда взялся?

– Не во дворце, я и не знал, где отец его держал, – покачал головой принц.

Поднялся, поднял меня, поставил на ноги. И обернулся к Лео – тот всё ещё стоял, держал меч и смотрел на свои руки, которые тоже изменились – пальцы и ногти стали другой формы, Прямо как я когда-то, подумалось вдруг мне.

Да он и повыше стал – на полголовы-то точно. И… чёрт побери, да он похож на принца! И совсем не похож на себя. И кто он теперь?

– Вот так сюрприз, дорогой брат, – выдохнул изумлённый принц. – А кого мы похоронили вместо тебя, и как так вышло?

Что? Покойный принц? Который жених покойной Барбары?

Принц подскочил к нему, обнял и тряс с возгласами вроде «собачий ты сын, Руджеро».

Так, этого всего слишком много для меня на один день. Я открыла дверь в королевскую спальню, выпустила оттуда трёх мужичков, которые как увидели, что в кабинете творится, так и застыли с разинутыми ртами, потом дошла до Стрижа, послала его к Лео и принцу. Или не Лео? Не знаю. Сказала – иди, а я тут посплю пока.

А сама легла на лавку в спальне – как была, в плаще и сапогах. Сунула руку под голову и мгновенно отключилась.

30. Личина брата Лео

Брат страж по прозвищу Лео, он же принц Руджеро из семьи Отвилей, стоял и таращился – то на свои руки, то на меч в тех руках, то на старшего брата. Вообще он закладывался на смерть Фабиано Апостоли – мол, убьёт его, тогда и вернёт себе настоящий облик. Потому что Апостоли привёл во дворец Тигров, а Тигры убили Гаэтано. За смерть Гаэтано нужно было отомстить.

Однако, за Гаэтано отомстила Варя Феникс.

Ну не мог он звать её Барбарой, не выходило. Никак не выходило. Он ни разу не видел дочь графа Ливарио – до той ночи в заведении Вороны, и уж конечно, он не мог её там узнать. Лео увидел девушку невероятной красоты, изумительную танцовщицу и сильного мага. Откуда такая могла взяться у Вороны – он в тот момент и не подумал. И конечно, вернулся при первой же возможности – увидеть, перемолвиться парой слов, узнать, кто она такая.

И всё сложилось наилучшим образом. Потому что она оказалась не просто сильным магом, но магом, умеющим убивать. И готовым отправиться с ним в Орден.

Лео, конечно, задумался – что скажет мастер, ведь совсем недавно он сам горячо и бестолково убеждал принять его в Орден. Убедил.