Ведьма

Да и не будет там ничего такого. Ей ещё месяц восстанавливаться, как минимум.

Степан махнул рукой:

— Я все понимаю, Игорь… Иди.

Игорь кивнул и пошёл вслед за женой.

Первую неделю после своего возвращения Ксения просто бездельничала. Чего не позволяла себе никогда раньше. Она бродила по дому, что-то стряпала, прибиралась, хотя мужчины и запрещали ей работать, дав чёткое указание отдыхать. Смешные… Разве ей в тягость такие хлопоты? Одно удовольствие — утюжить их рубашки или маленькие Ванькины распашонки, готовить вкусный обед, а потом смотреть, с какой жадностью они едят. Ещё Ксения часами могла наблюдать за спящим сыном. Или строить ему смешные мордочки, в надежде рассмешить, когда тот бодрствовал. Впервые в жизни, пожалуй, ей было так тихо и спокойно. Даже голоса в голове утихли. Она наслаждалась жизнью, набиралась сил и радовалась простым женским радостям. А ещё в ней вновь проснулось желание. Мощное, неконтролируемое. Но она… Стеснялась. Тоже впервые в жизни, пожалуй. Кома не прошла даром. Она настолько исхудала, что вовсе перестала походить на женщину. Грудь исчезла совсем, да и все остальное выглядело малопривлекательно. Разве можно вызвать в мужчине желание, когда каждая косточка видна? Она старалась. Честно старалась вернуть вес, но особых успехов на этом поприще не добилась. Ксения настолько обросла комплексами, что даже переодеваться уходила в ванную. Она просто не могла предстать перед Игорем в таком неприглядном состоянии. Не говоря уже о Степане. Он, как оказалось, пухленьких предпочитает, а она…

— Ксень, ты не видела запонки с агатами? — раздаётся голос мужа, и спустя секунду он появляется на пороге ванной.

— Выйди! — рычит Ксения, прижимая полотенце к груди.

— Ты чего? — оторопел Игорь.

— Выйди, пожалуйста, — повторяет, а у самой слезы ни с того ни с сего на глаза наворачиваются.

Игорь не слушает, подходит ещё ближе. Обнимает жену, бережно прижимая к груди.

— Ну, что такое, милая? Ты чего?

— Не хочу, чтоб ты меня видел такую… Страшную.

Игорь закрывает глаза. Господи… Она просто стесняется… А он уже такого себе навыдумывал по поводу ведьминых пряток, что чуть было не свихнулся. Глупая.

— Какая же ты глупая, — шепчет, и целует ведьму за ухом, — я люблю тебя больше жизни.

— Я на бабу ягу похожа, — всхлипывает.

— Ты — красавица.

— Это ты меня голой не видел.

— С радостью посмотрю, — ухмыляется ей в шею.

А у самого от облегчения ноги подкашиваются. Игорь реально стал опасаться, что Ксения его больше не захочет, настолько отстраненной она была. А оказалось… Женщины — такие женщины, даже если ведьмы!

— У меня все кости наружу торчат, — бурчит ему в шею, — и от груди ничего не осталось.

— Да? — улыбается, — сейчас посмотрим.

И отводит руки жены.