Ведьма

Позже — в модных и пафосных ресторанах, где можно было приятно совместить банальную пьянку и интересы бизнеса. Прошлый Новый год, правда, пропустили. Но тут совсем не до праздников было — Степана вытаскивали с того света.

— А дни рождения? — хмуро интересуется Степан.

Опять скупое пожатие плечами и бесстрастный ответ:

— А с днём рождения так же, как и с Новым годом. Он даже выпадает на тот же день.

— У тебя день рождения на Новый год?! — хором произносят друзья.

— Что тут такого? Чего орете? Игорь, доставай жаровню из духовки, там все готово уже.

— Ну, ты даёшь! У тебя юбилей? Тридцать? — уточняет Игорь.

— Так уж случилось.

— И ты не собиралась праздновать?! И нам бы не сказала?! — повышает тон, извлекая-таки жаровню из пышущей жаром духовки.

— Господи… Ну, что тут праздновать? Тридцать лет уже, впору плакать начинать.

— Ну уж нет! — отрезает Степан, — пора тебя приучать к нормальной, человеческой, жизни. Празднику быть! И Новому году, и юбилею.

— Как хотите… — флегматично замечает ведьма и добавляет, включая своё привычное ехидство, — слушайте, давайте уже жрать, а? Боюсь, если я прямо сейчас что-нибудь не проглочу, то до Нового года просто не доживу.

И правда, как с голодного края, накидывается на предложенную ей тарелку тушеной с мясом фасоли.

Степан же, в который раз за вечер, переглянулся с Игорем, безмолвно договариваясь обсудить сложившуюся ситуацию позже и, следуя ведьминому примеру, тоже уткнулся в тарелку. Правда, без такого зверского аппетита, как у Ксении.

Он волновался, что и говорить. Даже в свой первый раз, пожалуй, так не мандражировал. Сможет ли он? Получится ли? Нет, он понимал, что осечка в первый раз после всего, с ним произошедшего, явление вполне нормальное и даже вероятное. Но, как же не хочется опростоволоситься. Как же хочется быть с ней, как полноценный мужчина. Отрывается от тарелки, и тут же наталкивается на понимающий, горящий огнем ведьмин взгляд.

— Началось… — хмыкает Игорь. — Пойду-ка я. Там такой матч интересный! Порту играет, или Реал?

Но ни ведьма, ни Степан его уже не слышат, погруженные в омут взаимного желания, которое кружит между ними, закручивая в тугие спирали внутренности.

— Пойдем? — хриплый вопрос мужчины.

Протягивает ей навстречу руку, она вкладывает в неё свои дрожащие пальцы, покорно следуя за любимым.

Вдруг Степан останавливается и бросает резко:

— Надоела эта койка!

— Вполне себе комфортабельная кровать.

— Хочу в нормальную! В твою… Желательно.

Ксения проводит рукой по ёжику волос Степана и шепчет:

— Не вредничай… Все и так скоро случится. Потерпи немного…

— Чертова лестница!

— Скоро она перестанет быть для тебя препятствием, — утверждает Ксения, начиная расстегивать рубашку Степана.