Ведьма по наследству

Меня чуть не выбросило инерцией, я вцепилась Юле в плечи, пытаясь разобрать, что происходит впереди. Какая-то драка на моем дворе? Я увидела красную спину инкуба, на мускулистом плече зияла рваная рана, он повернулся к нам, сплюнул через недостающие передние зубы и выкрикнул:

– Ведьма! Я освобождаю тебя от обязательств по договору!

И исчез. А Лютый остался. Он вытер со лба пот, перемешанный с кровью, поправил задорный хвостик на макушке, посмотрел в нашу сторону, и лицо его перекосилось.

– Стой, Глория! Фу! – Юлька молотила кулаками по шее дракона, но тот словно забыл обо всем.

Фары выхватили крепкую фигуру оборотня из темноты, Глория снова зарычала и выплеснула пламя."

"Лютый бросился прочь, на ходу оборачиваясь в волка, но Глория неслась следом, отрезая ему путь к спасительному лесу. Еще один столб огня охватил новенький сарай, заставив Лютого развернуться назад. Он метался по двору, то и дело озаряемому вспышками, а я, воспользовавшись секундной заминкой дракона, спрыгнула на землю и понеслась в дом. Где-то тут должна была остаться… Я открыла рюкзак, высыпала все содержимое прямо на пол.

Нашла!

Я выбежала во двор, развернула шуршащий фантик.

– Глория! Шоколад!

Дракон замер, повернул голову ко мне, ноздри слегка раздулись. Я никогда не кормила с рук крокодила, но ощущения, полагаю, были бы такие же. Глория деликатно слизнула слегка подтаявшую конфетку с моей ладони, язык прошелся наждаком по коже. Я покосилась в сторону: шерстяная спина оборотня мчалась к лесу серой стрелой.

Глория заметила мой взгляд, резко развернулась, так что Юлька съехала с ее спины и брякнулась на траву, и лапы-колеса снова закрутились, крылья, багряные при свете луны, расправились.

Дракон взмыл, набрал высоту.

– Скорее! – крикнула Юля вслед, поднимаясь и оправляя платье, изодранное шипами.

– Ты это кому, Лютому или Глории? – спросила я.

Еще один столб огня оставил за улепетывающим волком черную выжженную полосу. Он взвизгнул и припустил быстрее.

– Назад! Глория! – кричала Юля, размахивая руками. К нам, наконец, подоспел Ерема. Он молча вышиб дно из жестяного ведра, протянул импровизированный рупор Юльке. – Стой, кому сказала! – рявкнула Юлька на всю округу. – Мама сердится!

Дракон завис в воздухе, клацнул челюстями вслед подпаленному хвосту, исчезнувшему за деревьями, и нехотя полетел к нам.

– Итак, что мы имеем? – Я раскрыла на столе блокнот, прикусила кончик карандаша и решительно поставила пункт номер один: – Глория любит шоколад.

Вчера мы уложили дракона спать на заднем дворе. Я едва уговорила себя принять душ, чтобы смыть запах гари, которым пропиталась насквозь, и рухнула без сил. Волосы, которые я не удосужилась высушить, теперь стояли над головой спутанным комом.