Вкус предательства (СИ)

Внутри буквально все клокочет, но я держусь.

Больше никто из них не увидит моей боли.

— Выдыхай, подруга. — надменно звучит собственный голос: — Я не из вашей касты.

А открывая дверь в квартиру добавляю:

— И впредь, предоставь мне возможность с тобой не пересекаться. Доброй ночи.

Не успеваю сделать шаг, как слышу громкий хриплый баритон.

— Катя!

Вот черт! Давайте может еще дочу вашу позовем, чаю с печеньками попьем?!

— Быстро поднимись к себе.

— Ты имел в виду к нам, Артур…

Стелит так, что даже противно. Голос прямо таки из фильмов про блондинок, хотя она все еще шатенка.

Что-то подташнивает.

— Иди. Макс.

Водитель и охранник в одном лице, который ошивается всегда рядом, тут же указывает в проход.

— Я надеюсь, ты меня услышала, потому что я тебя — да! — озвучивает она напоследок, и виляя хвостом удаляется.

Снова вдвоем. Дверь все еще открыта, и я наполовину в квартире. Артур не двигаясь смотрит, но ничего не говорит.

— Одна просьба…сделай, пожалуйста, так, чтобы больше я с вами не пересекалась. Спокойной ночи.

Твердо и уверенно звучат слова, несмотря на то, что я прошу."

"— Я поговорю с ней.

Киваю.

Только знаю, что делает.

Говорит про нее, про себя молчит… Ждет реакции, но я прикусываю кончик языка, чтобы не дать ему даже намека на таковую.

— Вероника, я не хотел, чтобы так вышло. — вдруг сипло говорит он.

Внутри будто что-то шевелится. А я не знаю, что ему сказать. Что я тоже не хотела?! Да я даже представить не могла, что окажусь в такой ситуации.

— Что тебе ответить? — развожу руками: — Если завтра выяснится причина, то появится понимание, кто хотел. Но это лишь мои доводы, ты свой выбор сделал, Артур. Не переобувайся, лишь потому что…

— Что значит завтра? — перебивает, прищуривая взгляд.

Вот черт! Дура!

Смотрю на него расширившимися зрачками, судорожно стараясь придумать ответ.

Глава 20

Артур

Теряется, только говорить явно не хочет. Шокирована, но глаза отводит и молчит.

Что же ты задумала?

— Я не обязана отчитываться перед тобой.

Раздражается, и пытается наступлением замылить глаза.

Неужели думает, что я такой идиот?!

— Судя по всему, тема касается нас. Стало быть…

— Нет никаких нас, Ризанов, и не может быть!

Такие уверенные слова и яростный взгляд.

Эта ее стена, твою мать, действует неведомо противоположно.

Как и, сука, тогда. Это как красная тряпка, тотальный азарт и то самое из прошлого.

— Я и не утверждаю обратное. Однако… — подхожу ближе: — Ты что-то придумала.

Изучающим взглядом прохожусь по ее лицу. Невольно глаза останавливаются на полных губах, и я, мать его, тут же словно ощущаю их вкус.

Во мне просыпается какая-то лютая одержимость этой женщиной. И ведь думал, что перестал помнить…хотеть…любить…

Еще никогда не чувствовал себя настолько наивным.

— Ника, мы явно что-то упускаем.