Внебрачный ребенок

А после выписки я уже свободно смогу сослаться на занятость и в итоге все сойдет на нет и никакой новой встречи между Сафиной и Дамирой не будет. Только моим планам не суждено было сбыться: Роберт позвонил за два дня до выписки и сказал, что вечером заедет навестить меня с Дамирой, что уже согласовал с Аленой время, когда она привозит ко мне Сафину.

Быстрову я ничего не сказала, но его присутствие было бы сегодня не лишним, потому что я твердо решила сказать Роберту, что не нужно к нам больше приезжать: у нас Сафиной своя жизнь, у него с Дамирой — своя. Близкого общения не получится. Этот выбор я сделала давно. И поняла, что менять ничего не нужно.

Я резко обернулась, когда услышала, как открылась дверь и увидела Роберта. Он вошел в палату не один, с ним была Лиза. Почему-то этому я нисколько не удивилась. Одному все же тяжело справляться с такой крохой без помощи. Тем более мужчине, который много времени уделяет работе.

— Добрый вечер, — поздоровалась девушка, ревностно окинула взглядом Роберта, которому отдала девочку, и перевела взгляд на Сафину.

— Ура, сестренка приехала! — с восторгом произнесла Мышка, спрыгнула с кровати и подбежала к Шалимову."

"Несколько мгновений я стояла у окна и наблюдала за ними. Роберт был без пиджака, две верхних пуговицы его белой рубашки были расстегнуты, волосы немного взлохмачены, а глаза сияли, когда он смотрел на дочку. Хотя… обе малышки, находящиеся в этой палате были его дочерьми.

17

Полина

Придерживая рукой поврежденное плечо, я встала рядом с Сафиной, и взглянула на Дамиру. Внутри все сжалось, когда я увидела ее красивое, чистое личико. Девочка не спала, а с интересом рассматривала пуговички на рубашке отца. Роберт присел на стул возле кровати, чтобы Сафине было лучше видно сестренку, и поднял на меня счастливые глаза.

— Ей сегодня четыре месяца. Как же быстро летит время… — грустно усмехнулся он.

Я смотрела на него с Дамирой, а почему-то представляла, что он вот так же Сафину к себе прижимает, когда та была крохой. Но моя девочка никогда не узнает настоящей отцовской любви и тепла. И все из-за меня, моей глупости, жалости, трусости. От этих мыслей становилось невыносимо больно. Ведь я уже все решила, так зачем же по новой бередила эти раны? Роберт хотел, чтобы девочки вместе росли, чтобы у его дочери подобие семьи было? Разве это плохо? Вот только жить в обмане я не смогу, а сказать правду язык не поворачивался. Пусть Роберт останется обо мне плохого мнения, исчезнет навсегда из нашей жизни с Сафиной, но я была не готова что-либо менять.

— Да, быстро, — согласилась я. — Дамира окрепла и выглядит, как обычные доношенные детки. Вон какие пухлые щечки наела.

Так хотелось подержать малышку на руках, почувствовать ее тепло, но я точно знала, что не удержу ее одной рукой.