Влюбиться на максимум (СИ)

 — А судя по тому, что ты не спрашиваешь значение этого выражения, то знаешь о чём я.

— В курсе… Видела её.

— История, психология, классика. Где романы о любви? — снова улыбается, поворачиваясь ко мне.

— Война и мир, Евгений Онегин, Дубровский. Чем вам не угодили? В них есть про любовь.

— Я не про них, Макс, — подходит ближе. — Унесённые ветром, Поющие в терновнике. И что там ещё?

— Я такое не читаю, — смотрю на него снизу вверх, в глаза.

В горле пересохло. Его близость убивает всё моё самообладание.

— Почему? — загадочная улыбка.

— Мне не нравится…

Он рассмеялся.

— Пуританка ты, Макс. В средние века померла бы старой девой.

— По этому вопросу тебе лучше с моей бабулей пообщаться. Она тоже считает, что меня никто замуж не возьмёт. Не люблю я про любовь. А в средние века меня бы выдали замуж насильно, даже не спросив, — попробовала отвернуться от него, но он вдруг схватил меня за руку и развернул к себе.

— Что ты делаешь? — раскрыла ошарашено глаза, его ладони скользнули по моей талии и сцепились в замок на спине.

— Пуговицы надо застёгивать, а не соблазнять этим, — провел пальцем по животу от груди, оставляя только одну руку на моём позвоночнике, которой слегка погладил кожу. — Я же говорил — каждый сантиметр твоего обнажённого тела сводит меня с ума. Так что советую тебе носить тот дурацкий свитер каждый день… — приложился губами к моей шее.

— Отвали! — оттолкнула его и прижала руку к месту поцелуя. Горит. — У меня только прошлые засосы прошли. Не хватало ещё, чтобы мать нас застукала.

— Ты сама сказала, она без разрешения не войдёт. Макс, я соскучился… — опять притянул к себе.

— А я как-то не очень, — попытка оттолкнуть провалена, он сцепил руки так, что обездвижил мои.

Он псих! У него раздвоение личности. Один тихий и правильный, второй — с сорванной кукушкой.

Ты же знаешь, Макс, что раздвоение не так проявляется. Просто давит в себе истинную личину — наглую и хамоватую.

Зачем?

Только подонки оставляют здоровых потомков… Глупость конечно, но иногда я с ней согласна.

Тем временем он уже нашёл мои губы и жёстко впился в них. Вцепилась в него с желанием двинуть локтём, пусть отвяжется, но получилось совершенно противоположное. Ноги подкосились от горячей волны, которая словно молния прошлась по моему телу, и я почти рухнула на пол. Но он поддержал…

— Неужели я такой сногсшибательный? — прошептал в губы, на секунду отрываясь от них.

— Нет…

— А мне кажется — да. Ты словно измотанный противник виснешь на мне, — снова поцелуи, разжигающие страсть.

Мелкими шагами подталкивает меня к кровати, и мы падаем на неё. Несколько минут ещё целуемся, но в голову приходит осознание — мы в моей комнате, а за дверью мать. Выворачиваюсь из-под него и вскакиваю.