Мой идеальный смерч

– Гудовые, – потрудился объяснить слово странного происхождения Димка, наклоняясь еще ближе, – ну, значит, хорошие – от слова good. И с нашей англичанкой тоже. Короче, пусть нам твой Дэн поможет сдать в этом году экзамен по иност…

– Чащин, ты выпил? – оттолкнула я от себя парня, сильно уж прильнувшего к моему плечу. – Что за странные слухи? Какая еще парочка? Что ты несешь?

– Тише, – поморщился одногруппник. – Препод услышит."

"– Чащин, – понизила я голос до хриплого взволнованного шепота, – какой кретин сказал тебе, что мы встречаемся?

– Сегодня с утра многие об этом говорили.

И ка-а-ак говорили… – Димка единственный из моих знакомых, который умеет гадко ухмыляться. Только вот если встречаешь это слово в книге, то кажется, будто бы ухмылка – атрибут самодостаточного и рокового сексуального красавчика-мужчины, чья жизнь полна таинственных загадок, а на деле – это довольно-таки обидная гримаса-насмешка, невербальным образом сообщающая: «Ну, ты и дура». И ничего красивого или загадочного в ухмылке нет!

– Перестань так лыбиться, я же сказала! Ты меня пугаешь. И о чем говорили? – спросила я, снова устраивая голову на тетради и глядя на него теперь снизу вверх.

Вечно Чащин всякую чушь несет – любит меня донимать. Я, впрочем, ничем не лучше.

– Ну, ты и тупица, – покачал коротко стриженной головой Димка. – Конечно же, о том, что ты с Денисом Смерчинским встречаешься. Я же сказал.

– Я не встречаюсь с ним, – я еще больше растерялась. Похоже, он не шутит.

– Говорят, вы ходите на свидания и все такое прочее, – не отставал от меня Димка. – И в пятницу вы обнимались в коридоре. Мы с пацанами видели, чуть со смеху… к-хм… удивились, короче, – поправился он.

 – Так вы что, официальная парочка? Да?

– Нет. Да кто конкретно такую ерунду сказал?!

– Друзья Дэна, – будничным тоном произнес парень. – Те самые, с которыми он все время общается.

– Черри, что ли, и этот, полунорвег? – удивилась я несказанно. Эти двое, что ж получается, пришли в университет, чтобы поделиться своими, без сомнения, умными мыслями со всеми окружающими идиотами, которые только и ищут поводов для сплетен, не зная, чем занять себя на парах? Но Дэн сказал же, что эти два парня – его лучшие друзья, вернее, входят в пятерку таковых – и что он им доверяет.

– Полунорвег? – в свою очередь изумился Чащин. – Это кто? Я такой клички раньше не слышал ни у кого.

– Так это не кличка, – пояснила я, старательно рисуя на парте цветочек, не поднимая головы все с той же тетради.

– Фамилия? – почесал затылок Димка. А еще мне говорит, что я тупица. Сама недалеко ушла.

– Это народность, – изрекла я. – А зовут этого перца Лан… Лон… Лен… Я не помню, короче. Так, значит, Черри и человек-шарф сплетничают? Хороши у и Смерча друзья, ничего не скажешь.