Воронцов. Перезагрузка. Книга 6

Я подошёл, поздоровался со всеми, те хором ответили.

Посмотрел на Ричарда, в его глазах читался тот же живой интерес, что и вчера, когда он расспрашивал о городе.

— А ты чего тут? — спросил я, немного удивлённый его присутствием. — Там же в основном техническая работа. А ты у нас лекарь, — хмыкнул я, улыбаясь.

— Егор Андреевич, так мне же тоже интересно, — невозмутимо ответил он.

Я заметил, что слов русских тот уже неплохо нахватался. Старается при всех говорить на русском языке, хотя некоторые звуки даются ему с трудом. Но со мной по большей степени он говорит на английском — наверное, так ему удобнее выражать сложные мысли, да и мне приятно иногда вспомнить язык, который изучал когда-то в университете.

— Ну что ж, раз так, то пошли, — сказал я.

Захар кивнул куда-то в сторону, при этом улыбался он так, что было видно — что-то затеял. В его глазах плясали озорные искорки, а в уголках губ затаилась хитрая усмешка. Я проследил за его взглядом и тут, смотрю, от хлева вывели весь наш практически табун лошадей — все под сёдлами, с начищенной до блеска сбруей, которая поблёскивала в первых лучах солнца.

Пересчитал. Двенадцать штук выходило. Потом пересчитал собравшихся — тоже двенадцать вместе со мной. Не знаю, специально так получилось или случайно, но выходило, что лошадей хватало каждому. В душе даже закралась некая радость за такое большое хозяйство."

"Мужики уже подходили к лошадям, кто-то похлопывал коня по шее, кто-то проверял подпругу, подтягивая ремни. Ричард стоял в некотором замешательстве перед высоким вороным жеребцом, явно не зная, с какой стороны к нему подойти. Я подошёл, показал, как правильно взяться за поводья, как поставить ногу в стремя.

— Не бойся, он тебя не скинет, — сказал я по-английски, и Ричард благодарно кивнул, немного неуклюже, но всё же взбираясь в седло.

Когда все уселись на лошадей и выехали из деревни, мысль была такая в голове, что, конечно, не каждый раз в таком составе выезжать будем, но сейчас со стороны это, наверное, смотрелось впечатляюще. Представил, как мы выглядим — двенадцать всадников, движущихся по заснеженной дороге на фоне рассветного неба. Впереди Захар с Иваном, с мушкетами за плечами.

Увидя такую процессию, путники точно будут с дороги съезжать, уступая путь. Может даже шапки снимать в знак уважения. Эта мысль грела душу — не из гордыни какой-то, а из чувства общности, причастности к чему-то большому и важному. Словно мы не просто работники, едущие на лесопилку, а отряд, выполняющий важную миссию.

С этими положительными мыслями мы подъехали к Быстрянке, к моей лесопилке.

Глава 17

Мы ещё не успели спешиться, а я уже стал замечать неподдельное удивление в глазах кузнеца.