Восточная сказка

Вот Николай и учит таких, как Олеся, жить в реальности, а не сбегать за ее пределы. И как только Алина станет моей женой, я поставлю вопрос ребром.

- Еще картошки? – спрашивает она, отвлекая от раздумий. – Или котлетку хочешь?

Алинка любовно глядит на меня. И клянусь, я не променяю эти черные наивные глазищи ни на какие пресыщенные и надменные. Навидался их, хватит! Не торкает…

- Я сам положу, сиди, - останавливаю ее. И поднявшись к плите, накладываю из сковороды картошку, жареную с грибами и луком, и еще пару котлет. Не знаю, кто и где учил Алину готовить, но очень вкусно. Просто отвал башки!

–  Латифа говорит, - продолжает неспешную беседу Софья, – Искандер с Заремой поедут в Стамбул на месяц. Оттуда проще вырваться в Москву.

– Мне даже не верится, – радостно тянет Алина и на опечаленном личике появляется подобие улыбки.

– О чем речь? – интересуюсь лениво.

– Мои дядя и бабушка приедут на свадьбу! Вот мне повезло! Представляешь!

Киваю, но сам до конца не верю, что в 21 веке существует абсолютный диктат в семьях. Попался бы мне этот Мурат! Я бы ему зубы выбил! За каждую слезинку Алины заплатил бы, козлина!

В кармане куртки, валяющейся в коридоре, звонит сотовый. Но я не тороплюсь хватать трубку. Сначала доем!

– Может, ответишь? – кивает на прихожую Софья.

Поднимаюсь нехотя. Вот что за человек! Неужели не видит: я кушаю!

– Да, - вздыхаю устало. Звонит Майк. Мы с ним расстались час назад. Соскучился, что ли?

– Гера, - пыхтит в трубку мой безопасник. – Тут такая фигня произошла…

По голосу понимаю, что ничего хорошего сейчас не услышу.

Мать его…

– Виталик сейчас звонил, - нехотя докладывает Майк. – Он сегодня за Чумой присматривает…

– И что? - напрягаюсь не на шутку. На всякий случай отхожу подальше от кухни. Останавливаюсь напротив распахнутой двери в спальню. Мельком замечаю Алинкину сумку на кресле и свитерок, валяющийся на  застланной цветастым покрывалом кровати.

Спаленка любимой! Представляю Алину в целомудренной ночнушке и понимаю, что мое воображение играет со мной злые шутки. Да и натянувшиеся боксеры предупреждают. Просят сменить тему или прислушаться к Майку, виновато бубнящему в трубку.

– Она после матери долго ругалась с кем-то по телефону. А потом в метро пошла. Виталик за ней. Она доехала до Текстильщиков и направилась к первому дому около станции.

– К кому она пошла, пробили?

– Нет. Но и не понадобилось. Все как-то очень быстро произошло.

– Пусть твой Виталик завтра напишет объяснительную. Хочу знать, почему твой сотрудник пренебрег инструкциями.

– Не в этом дело, Гера, - тяжело вздыхает Майк. – Если официально, то нас там не было.

- К чему ты клонишь? – интересуюсь подозрительно, задницей чувствуя полный трындец.

– Чума выскочила на проезжую часть, когда уже мигал зеленый.