Возрождение Феникса. Том 1

Хоть какой-то релакс посреди всего этого хаоса. Никакого интима пока, понятно. Так, минутку полюбоваться прекрасным.

— Сиди спокойно, барин, — ее крепкое тело тянется вверх за аптечкой на верхней полке стеллажа. — Сейчас залатаю тебя. Это пара минут.

Она прыскает мне на лоб анестетиком, вытирает влажной салфеткой корку крови и застывает в полусогнутой позе, выпятив кверху ягодицы.

— Барин, — Дося хлопает ресничками. — А засечка затянулась. Нету ничего — кожа гладенькая, незагорелая, — ее пальцы нежно оглаживаю мой лоб. — Как так-то?

Крепко задумываюсь. Для моего прошлого тела сверхрегенерация — обычное дело.

Ведь каждого легионера Постимпериуса улучшают гениальные генетики и биоалхимики. Солдат Евгениус — настоящий пример генетического совершенства. Префекты же вообще сопоставимы по силе с богами. Благодаря биоалхимии мы и получаем связь с жар-эфиром. Поэтому странно то, что я вижу родную энергию в этом теле. Хотя не раз старый Химер говорил, что вместе с телом таинственная биоалхимия преображает и душу. Столь глубок уровень изменения, что не останавливается даже на клетках, а двигается в самую суть человека, превращая слабовольное естество в совершенство.

Биоалхимия изменила мою душу. Соответственно, я перенесся в другое тело со своими особенностями: регенерацией, обостренными чувствами, связью с жар-эфиром и личным магнетизмом Префекта. А нога не лечится почему? Еще недостаточно обжился в новом «доме»? А если надавить волей?

Я мысленно сосредотачиваюсь на пораженных мышцах бедра, как Дося вдруг отшатывается и взвизгивает:

— Ой, красота, мамочки!

Ась?

— Ты чего разоралась, шумная?

— Глаза, барин, — девушка резко нагибается обратно, едва не ткнув мне в щеку вздернутым носиком в веснушках.

— Золотыми вдруг стали. Как два обручальных колечка, — мечтательно заканчивает.

Хм, ну и чудные же ассоциации. Хотя, вполне объяснимые. Возраст у девушки самый подходящий для брака. Зов природы, ничего удивительного. А вот я, наоборот, палюсь, как сказал бы Арсений. Слишком резко настроился на сцепку с новым вместилищем. Видимо, невольно изменяю доставшееся тело под себя на клеточном уровне. Янтарную радужку случайно вот вернул. Чревато это разоблачением. Надо отматывать назад, побуду пока хромым, ибо слишком непредсказуемы последствия.

Еще не хватало внезапно «распухнуть» до прежних габаритов. Был школоло, вдруг стал двухметровый дядя под центнер весом. Вряд ли, конечно, возможно, но кто знает…

— Как же это, барин? — служанка чуть ли не трется щекой об мой нос. Пахнет от девушки душистым мылом и луговым разнотравьем. — Настоящий как его…феномен же, вот!

— Тебе показалось, Дось. Освещение тут просто золотит.

Выпускаю физическую оболочку из обзора мысленного объектива.