Возвращение грифона

Интересно, сколько они получают за свои спортивные достижения под пулями врага? Меня хоть золотом осыпь — я не буду бегать под пулями. Больно надо! Хмм… интересно. А что я делаю с тех пор, как кое-кто огненно-рыжий открыл глаза и решил, что я ее судьба и любовь? Кстати — удивительно крепкое заклинание. Сколько времени уже, а оно действует. И перемещения в другие миры, и заклинания оздоровления, и изменения внешности — а оно все работает! Хорошо поработал темный маг, молодец.

— Поднимайтесь вверх и пошли на юг! — приказал я пилотам. — На какое расстояние хватит горючего?

— На полторы тысячи километров, — коротко ответил пилот.

— Хммм… летите по прямой — высота две тысячи метров. Ты, — я показал на второго пилота, — иди за мной!

Пилот отстегнул ремни, встал и пошел в салон. Я внимательно следил за его руками — мало ли… достанет откуда-нибудь свою пукалку, и потом неприятностей не огребешь. Но все обошлось. Через пятнадцать минут, под внимательными взглядами моих спутников, он стал безопасен — заклинание верности. То же самое я проделал с первым пилотом, усадив за управление второго. Одна проблема была решена.

Теперь следовало подумать — что делать дальше? А вот этого я пока не знал…

— Ребята, давайте решать — ум хорошо, а пять умов лучше. Требуется «мозговой штурм». Итак, что мы имеем — после звонка куратору получаем вертолетную атаку. Причина? Кто виноват?

— Утечка, — категорично заявил Петр, — одна часть Конторы за вас, другая против, и невозможно уследить — кто за, а кто против.

— И что из этого следует?

— Из этого следует, что нас убьют, — так же категорично заявил боец, — то, что мы до сих пор живы, это чудо, результат везения и твоих особых способностей.

И чем дальше, тем больше вероятность, что нас уберут. Вас — потому, что вы опасны для страны, как кто-то считает, а нас, остальных, потому — что мы знаем о том, что вас убрали. Зачистят всех.

— И что нам делать? Какие будут предложения?

— Затаиться, оборвать все связи, — пожал плечами Сергей, — я по своему опыту знаю, что висяки возникают тогда, когда тот, кого я разыскиваю, обрывает связи и уезжает за тысячи километров от того места, где его ищут. Новые документы, новые лица — и никто никогда не найдет. Если кто-то свяжется со своей семьей, друзьями, родителями — тут же засекут и найдут.

Это аксиома. Вот так.

— А как же быть с восстановлением справедливости, с наследством Василисы? Отомстить убийцам ее отца?

— Убийцам, тем, кто непосредственно нажимал на курок, скорее всего, уже отомстили. Они в земле сырой. Зачистили. Те, кто отдавал приказ — вот они за нами и охотятся. Сто процентов. Наследство? Да нет его, наследства. Деньги-то все поперли, особняк уничтожили — какое наследство? Как ни печально это признать.