Вперед в прошлое 3 (СИ)

"

"Лицо у него было странным, будто оплывшим: скулы обострились, глаза ввалились, ноздри раздулись. Неужели и его проняло? Он же человек, в конце концов. Жаль, мысли его не прочитать, и я никогда не узнаю, обескуражен ли он тем, что пошел против начальства, или ему, как и мне, хочется колесовать того, кто все это устроил.

На улице Алиса закрылась ладонями, пряча глаза от яркого света.

— Просочился все-таки, — глядя на меня, проворчал собровец — без злости, скорее с одобрением.

Балаклаву он снял, оказалось, это молодой мужчина лет двадцати пяти.

Мы с Алисой отошли в тень. Я осмотрел ее, все еще закрывающую лицо. И раньше тонкая, она похудела так, словно ее все это время не кормили: ножки-палочки, руки — веточки. Если раньше я надеялся, что ее не тронули, то теперь стало ясно, что еще как тронули, но детали я не уточнял, чтобы не причинять боль, заставляя вспоминать.

Судорожно вздохнув, Алиса оперлась о стену, отвела руки от лица, и, будто прочтя мои мысли, ответила, глядя в упор:

— Нас никто не насиловал. Просто не кормили и редко давали воду. Кто сам соглашался, ну… э-э-э, — она залилась краской, я кивнул — понял, мол. — Тот ел, смотрел телек, мылся. Курил. В общем, жил сносно.

Что ж, логично: не теряя времени даром, будущих рабынь воспитывали. Станешь сговорчивой и послушной — мучиться будешь меньше.

— А это? — Я провел пальцем по своим запястьям, намекая на синяки.

Она скривилась.

— Я пыталась удавиться. Не дали. Свои сдали, сучки. Сутки связанной валялась!

— Ты очень храбрая, — оценил я.

Алиса снова скривилась, борясь с подступающими слезами, рот ее искривился, но она сдержалась.

Ее же наверняка мучает жажда, и желудок к позвоночнику прилип!

— Я принесу попить. Побудь здесь.

Девочка кивнула, сползла по стене и снова села, прижав колени к животу, а я рванул в каморку охранников, где за столом сидел отец, заполнял документы. Встретившись с его равнодушным взглядом, я схватил конфету, бутылку лимонада, сделал глоток, а остальное понес Алисе.

Она благодарно кивнула, присосалась к горлышку. Подавилась, закашлялась, выплескивая лимонад себе на майку. Прокашлявшись, опять припала к горлышку.

Собровцы столпились возле «буханки» и переговаривались, то и дело сплевывая. За разбежавшимися преступниками никто гоняться не стал. Насколько знаю, в таких случаях вводится план «Перехват».

Из здания вынесли девочку, которая лежала на полу.

— Что с ней? — спросил я у Алисы, протянул ей конфету.

— Заболела. Она тут давно, еще до меня. Меня последнюю привезли. — Алиса зашелестела фантиком, сунула конфету в рот, разжевала. — Блин, неделю не жрала. Два раза девки тайком поделились хлебом. Но им могло влететь, если бы кто-то сдал. А стучали все, за это «сникерсы» давали.

— И что, многие соглашались трахаться? — спросил я.

— Да почти все.