Вперед в прошлое 3 (СИ)

Потому что, когда мы тут ловим за хвост лето и гоняем крабов, наша подруга и другие похищенные дети ждут своей участи. А может, уже дождались. Но пока это неясно, я буду пытаться что-то сделать, как-то им помочь.

— Бедная Алиса, — вздохнул Борис и к морю уже не бежал — плелся, туда-сюда болтая маской в руке.

А вот на море он сразу же забыл об Алисе, потому что у него были личные счеты с крабом, и Борис решил если не изловить его, то насмерть загонять. Мы с Наташкой уже дважды высохли, а его зад, как буек, торчал то там, то здесь, то исчезал под водой.

— Как бы домой пора, — сказала сестра, потягиваясь на горячих камнях. — Сказать бы ему. Или пусть пасется?

— Пусть, — кивнул я. — Плавает он хорошо, без нас не потонет.

Только мы переоделись и собрались уходить, как вода, казалось, вскипела от Бориной радости. Не снимая маски, издавая трубный рев, он то по пояс в воде бежал меж камней, то плыл, воздев вверх руку, где был зажат крупный краб-«камняшка».

На берегу он ткнул мне в лицо крабом, сдвинул маску и воскликнул:

— Вот! Огромный же, да? Дома сварим и сожрем!

— Сварим, сожрем! — разделил его радость я, и во мне проснулся охотничий инстинкт, самому захотелось что-то такое поймать.

Пакетов мы не взяли, и Боря спеленал добычу клеенкой, найденной на берегу.

Дома, пока мама спит, брат поставил на огонь небольшую кастрюлю, обильно посолил воду. Бросил туда краба, укроп и авторитетно заявил:

— В кипяток его нельзя: ноги отвалятся.

В полдень проснулась мама. Зевая, подошла к плите, застыла, забыв, чего хотела. И в этот момент краб почувствовал, что его варят. Затарабанил лапами по дну кастрюли и ломанулся на волю, переворачивая крышку. Мама взвизгнула и отскочила, вскинув руки.

Наташка захохотала так, что чуть не упала с табурета. Борис как кот — на мышь, бросился ловить спрыгнувшего на пол краба. Отказываясь помирать, тот поднял клешни и растопырился. Стоило Борису поднести руку, как он подпрыгивал и щелкал клешнями.

— Это самка, — сказал я, — видишь, какая злобная. Самцы так себя не ведут.

— Господи, ну и напугали! — выдохнула мама и придавила краба к полу стопой.

Борис его скрутил и отправил на тот свет, то есть в кастрюлю. Ноги у краба все-таки отвалились. Потом мы с мамой поехали сбывать кофе валютчику, а Наташка с Борисом должны были отправиться к бабушке. Тренировку я на сегодня предварительно отменил — хотелось побыть с близкими.

На рынке, прежде чем подходить к валютчику Павлу, я отвел маму в сторону и проинструктировал:

— Сейчас я продам кофе, получу деньги, обменяю их на доллары, как и то, что мы заработали ранее. Получится почти пятьсот баксов.

Мама шумно вздохнула, приложив руки к щекам.

— Господи…

— Находишь такси, подъезжаете вот сюда. — Я указал на край стоянки. — И ждешь. Постарайся сбить цену как можно ниже.