Все в шоколаде

Все в той же “Пирамиде”. И сразу понял, что он…

– И вас это нисколько не задело?"

"– Меня? – Он вдруг хихикнул. – Вы видели, как он со мной обращается? Не только он, все они? Вы видели? И что я мог, по-вашему? Да он бы только засмеялся…

– Вы могли послать Аллу к черту. Разве нет?

– Я вам объяснил: я ничего не хотел менять.

– Как она отнеслась к новому знакомому?

– Как они все относятся, то есть.., извините, я имел в виду.., она вцепилась в него, как клещ. Хвалилась его подарками. Она ни о чем другом говорить не могла, ей нравилось меня мучить.

– Мучить? Вам же было все равно?

– А мое самолюбие? Я же мужчина. Она могла бы молчать. Разве я не прав? Ведь должно быть чувство приличия. Но я ее не ревновал. Мне просто было противно.

Я смотрела во все глаза, теряясь в догадках. Будь моя фамилия Фрейд, может, я и поняла бы, что здесь к чему, а так – темный лес.

– Значит, вам ситуация не нравилась, но вы не желали ее менять?

– Да, именно так.

– Даже когда узнали, что у Аллы есть малолетний поклонник?

– Малолетний? – Он выглядел озадаченным.

– Я имею в виду сына Нефедова, – пояснила я.

– Игоря? О господи, неужели она с ним.., ведь отец.., я хотел сказать…

– Да, я поняла. Папа Нефедов тоже гостил в Аллиной квартире, но платили за нее вы.

– Игорь Николаевич знал об этом? А Нефедов? Они знали друг о друге?

– Кажется, такое положение дел никого не шокировало. Значит, о Нефедове вы знали?

– Знал. Алла рассказывала.

– А Губарев случайно не навещал ее уже после переезда? – Не успела я закончить фразу, как поняла, что попала в точку. Черника буквально перекосило.

– Мы.., мы встретились однажды, – пробормотал он.

– Как это объяснила Алла?

– Никак. Все отрицала. Сказала, что я выдумываю, что он к ней не заходил. Это было тем более глупо, что встретились мы возле квартиры. Он пробормотал какую-то чушь, а она все отрицала.

– Немного странно, если учесть, что она не очень-то скрывала от вас свои увлечения.

– Да. Я тогда тоже подумал. И решил.., проверить. Он приходил к ней за последний месяц четыре раза. И каждый раз она это отрицала. Я думаю, она боялась, что об этом узнает Дед…

– Момент. Она боялась, что Дед узнает о ее связи с Губаревым? Но ведь он знал о ее связи с вами, с Нефедовым, отчего вдруг такая нелюбовь к Губареву?

– Он.., из другой команды. Ведь это очевидно. Вы так не думаете?

– Нет, – честно сказала я. – Десять минут назад вы утверждали, что Дед приветствовал вашу дружбу с Губаревым, тогда с какой стати ему ревновать, я имею в виду ревновать исключительно к нему?

– Но ведь.., но ведь в противном случае этого бы не произошло, – выпалил он и даже зажмурился от ужаса, а я попыталась собрать мысли, которые начали покидать меня.