Все в шоколаде

Переводя взгляд с Лукьянова на дружков, Мешок сделал шаг, вздохнул, облизнул губы и заявил:

– А чего я-то, я его не больше других знал…

– Кого? – удивился Саша, оборачиваясь, потому что уже направился в бар, нисколько не сомневаясь, что парнишка последует за ним.

– Вы ведь из-за Гарика, да? Менты весь день здесь паслись. А я чего знаю? Я последнее время и не видел его почти…

– Вот про “почти” и расскажешь, – ласково ответил Саша, и Мешок, вздохнув, пошел за ним, я продолжала сидеть на стуле, поглядывая по сторонам. Парнишка в белой майке возле второго стола, до той поры спокойно пьющий пиво, осторожно поднялся и, стараясь не смотреть в нашу сторону, направился в глубь зала, придерживаясь стены.

Или у меня разыгралось воображение, или парень решил смыться, в той стороне наверняка еще есть дверь.

Я легонько свистнула, парень вздрогнул и бросился бежать.

– Черт, – выругался Лукьянов, обернувшись на шум и глядя на улепетывающего мальчишку. Нестись за ним сломя голову желания не было, бегает он наверняка лучше меня, оттого я схватила кий со стола по соседству и метнула его, точно копье, угодив убегавшему в спину.

Парень вскрикнул, сделал по инерции еще пару шагов и едва не упал, по крайней мере, перегнулся вперед, в результате чего потерял скорость. И тут Лукьянов показал высший класс, – в три прыжка он преодолел расстояние, разделявшее их, перемахнул не без грациозности через стол и приземлился бы, скорее всего, прямо на спину парню, если б тот, ко всеобщей неожиданности, вдруг не перекатился в сторону, подхватил с пола кий и, швырнув его под ноги Лукьянову, на четвереньках рванул к двери, выпрямился, толкнул дверь ногой, и тут выяснилось, что выходит она прямо в переулок.

Лукьянов замешкался лишь на секунду, должно быть, в изумлении, что кто-то посмел оказать ему сопротивление, но этой секунды парню оказалось достаточно, чтобы испариться, по крайней мере, когда мы выскочили в переулок, его и след простыл. Справа виднелись двухэтажные дома с хитросплетением дворов и переулков, слева – выход на проспект, прямо кирпичная стена с мусорными контейнерами по соседству, преодолеть ее ничего не стоило.

Лукьянов выбрал путь на проспект и рванул туда. Как раз в этот момент парнишка запрыгнул в отходящий троллейбус на той стороне улицы, и теперь при всем старании мы бы его не догнали, – движение здесь оживленное и парню просто повезло, что он не угодил под машину.

Лукьянов сунул руку под пиджак, зло чертыхаясь. Не знаю, что он имел в виду, но я на всякий случай предупредила:

– Эй, полегче, у нас тут не столица. Он одарил меня своим коронным взглядом, но руку убрал и тут вспомнил о Мешке.

– Какого черта ты здесь, Мешок наверняка смылся.

Критика была обоснованной, и возражать я не рискнула.