Все в шоколаде

 – Можешь не отвечать, я и так знаю, продашь.., мы с тобой одной крови: ты и я… Сволочи… Слышишь, все мы сволочи.

– Конечно, – вздохнула я, вновь устраиваясь рядом, поняв всю бесперспективность попыток увести его отсюда силой. – Все сволочи, полностью с тобой согласна. Если ты напился по этому поводу, то зря, ни ты, ни я от глупой болтовни лучше не станем."

"– Значит, ты меня продашь? – хмыкнул он. – Или уже продала?

– Я не могу тебя продать, ибо ты бесценен, то есть я не знаю точно, сколько это может стоить, а продешевить боюсь.

Марк захихикал:

– Ты умница, Детка, ты всегда могла меня рассмешить, за что я и любил тебя…

– Чего это ты говоришь, как на моих похоронах? Или сам готовишься скончаться?

Марк уставился на меня одним глазом, затем мотнул головой и залпом выпил рюмку водки.

– Извини, – улыбнулся он почти осмысленно, – не самый лучший день в моей жизни.

– Здесь нефедовский шофер, – решила я немного закрепить успех и заставить его изъясняться членораздельно.

– Который? – спросил Марк и даже глаз разлепил, слегка отодвинувшись от стойки.

– Сергей, кажется.

– Ну и что?

– Ничего. Просто парень что-то всколыхнул в моей душе.

– Трахаться с ним не советую. По-моему, он псих. Если парень долгое время лижет кому-то сапоги, у него появляется желание отыграться. Бабы от него рыдают…

– Не скажи, я сама сейчас видела, как одна обмирала от счастья.

– Ну, должно быть, он только начал ее обрабатывать. Он тебе не нужен, у него проблемы с потенцией. Это я знаю точно, потому что у меня тоже с этим проблемы и мы посещаем одного и того же кудесника, который все никак нас не вылечит.

– Марк, это пьяный бред, завтра ты будешь прятать от меня свою похмельную рожу, стыдясь и краснея.

– Ага, главное, помни: я тебя люблю. Если б ты была нормальной или я был бы нормальный, я бы.., ладно. Поехали домой. Ты меня отвезешь?

– Конечно.

– Кофе напоследок и тю-тю…

Я дождалась, когда он выпьет кофе, и подхватила его под руку. Хотя Марк коротышка и веса в нем немного, однако мне пришлось напрячься. Правда, страдала я недолго, швейцар, увидев, как мы пробираемся к выходу, бросился мне на помощь, и мы благополучно загрузили почти бесчувственное тело в машину. Я поинтересовалась, на чем приехал Марк, и, узнав, что на такси, порадовалась: хлопот меньше.

Пока мы ехали до дома, где жил Марк, он уснул, причем начал храпеть и даже махать руками, чем очень меня нервировал.

– Марк, – время от времени звала я, – не спи, замерзнешь… – Если возле его дома не окажется сердобольного человека, мне этого болтуна ни за что из машины не вытащить.