Все лики любви

– Да я пересмотрел графики, получилось, что у тебя много переработки, к тому же ты в отпуске не была, только три отгула брала за это время. Я их пересчитать заставил, вот и вышло вполне прилично. Иди, получай.

Пошла. Вера до последнего мгновения боялась, что все это ошибка, но получила деньги. И вполне прилично. Ну, надо же! Хоть какая-то радость на фоне беспросветной тяжести!

И мысли сразу разбежались веером – первая, само собой, как у вшивого про баню – раз решила учиться, надо эти деньги отложить. Вторая, из той же оперы – надо бы своим ремонт косметический сделать, давно просится.

Ну, ремонт – это громко сказано, но хоть обои она им наклеит, покрасит-освежит, что требуется.

Вера вернулась с работы, скинула босоножки, прошла в кухню, попила воды, села за стол. Посидела так, потом встала, сходила в прихожую, взяла сумку, вернулась в кухню, достала из сумки пачку денег и положила ее в центр стола. Сложила одну на другую руки на столе, уперлась в них подбородком и смотрела на эту плотненькую пачечку купюр.

Она не хотела откладывать эти деньги. И ремонт на них делать не хотела.

Всю рабочую смену, помня о том, что у нее в сумочке лежит премия, Вера, запрещая себе, где-то на краю контролируемого сознания, крутила мысль о том, что больше всего ей хотелось бы сделать.

На что их потратить.

Неразумно, расточительно, попросту впустую.

Она упиралась подбородком в сложенные ладони, смотрела на эту пачку и чувствовала, как ширится и укрепляется в ней решимость сделать именно то, что ей хотелось больше всего.

Поехать в тот районный центр, который возглавлял Бармин, и своими глазами посмотреть на «Северное чудо», как называют его журналисты.

Посмотреть, какой он сотворил новый город, его отреставрированные дома, площади и улицы, новые гостиницы и торговый центр, сходить в известный уже на всю страну «Народный парк», который местные называют Барминка, а там в столь же известный ресторан национальной кухни народов Севера, съездить с экскурсией… Да все, что рекламируют и предлагают туристические фирмы! А потом отправиться в областной центр, которым он руководит сейчас, и посмотреть на изменения, о которых пишут в прессе и показывают в экономических передачах, просто пройтись по улицам.

Вера сидела, смотрела и понимала, что сделает это, и никакой зеленый ограничитель, именуемый «жаба», ее не остановит, и никакие действительно необходимые и важные житейские траты тоже. Не тот случай.

Эта поездка станет ее прощанием с Егором Барминым.

Она не примет его сделку, а он ничего больше не сможет предложить.

«Не совпали наши идеалы». И не состыковались наши жизни. Бывает.

Вера вздохнула, откинулась на спинку стула, достала из сумки сотовый и позвонила Васильеву выпрашивать неделю отгулов.