Всё равно растаешь, принцесса

Была у меня мысль оставить бельё, но я терпеть не могу прикосновение мокрой ткани к телу.

Хотя кого я обманываю? Дело точно не в ткани. Просто прикосновение к телу мокрого мужчины кажется мне куда соблазнительнее.

− Зачем, Льдинка? Я ведь и так всё увижу, — вкрадчиво интересуется Янгмар.

− Я всё ещё могу передумать, − заявляю с угрозой.

− Ладно. Глаза я закрыл. Иди ко мне, моя строгая принцесса.

Боги, что я делаю?

Исследую свою женственность и чувственность, вот что. Ту саму, которую удалось пробудить этому несносному колдуну.

Не знаю, насколько это правильно.

Но я просто не могу удержаться. Мне нестерпимо любопытно испытать то, что он обещает.

Выглянув из-за ширмы, убеждаюсь, что Янгмар действительно не смотрит. И решительно направляюсь к бадье, уже наполненной чистой тёплой водой.

− Не подглядывай, − прошу на всякий случай. И, сбросив простыню, переступаю через бортик.

− Садись сразу спиной ко мне. Нам обоим так будет удобней, − с улыбкой на губах советует он.

Ну да. Так мне на него смотреть не придётся. И ему только мою спину будет видно. Хотя непонятно, что он дальше собирается предпринять.

Тем не менее я действительно сажусь спиной к колдуну. Обняв свои колени, выдыхаю.

− Я уже сижу в воде, − сообщаю зачем-то. — Можешь смотреть.

− Сидишь, но пока что неправильно, − вдруг заявляет Янгмар."

"И в следующий миг, обхватывает мою талию и ловко пересаживает меня ближе к себе, заставляя, по сути, опереться на него спиной. Теперь я нахожусь прямо у него между ног. И сзади ко мне прижимается именно то, на что я больше всего смущалась смотреть.

− Мы так не договаривались, − напрягаюсь я, пытаясь отодвинуться.

− Разве? — Янгмар обхватывает меня руками, целует шею.

 — Ты согласилась, чтобы я доставил тебе удовольствие. И для этого мне нужно, чтобы ты находилась именно там, где сейчас. В моих объятиях. Ну же, Льдинка. Ты не испугалась моего предложения, пришла ко мне, и сейчас отступишь?

Вырываться я действительно прекращаю. Но расслабиться мне всё ещё сложно. Слишком ситуация непривычная, пугающая и волнующая до жара в крови одновременно. Я чувствую себя так, будто делаю что-то запретное. И странным образом возбуждаюсь от этого ещё сильнее. Никогда раньше за собой такого не замечала.

Разве что в детстве, когда дар ещё был слабеньким, и бурная реакция окружающих на наши с Николь шалости не приносила мне столько страданий.

− Ну же, малышка. Расслабься, − колдун принимается разминать мои плечи. Снова целует изгиб шеи, зарождая волны мурашек, бегущих по позвоночнику. — Весь контроль в твоих руках. Если хочешь уйти, я не стану тебя удерживать. И принуждать ни к чему не буду, ты знаешь это. Если же согласишься остаться, сделаю всё, чтобы ты не пожалела.

Ладно. Он прав.