Всё равно растаешь, принцесса

− Твоя рассудительность меня неизменно поражает, моя мудрая принцесса, − с нежностью улыбается мой мужчина, обхватив мой затылок и прижавшись своим лбом к моему. — И знаешь, я рад услышать, что твоя родственница ведьма тоже предвидела, что я буду твоим избранником.

− Ты неисправим, − фыркаю и мои губы тут же оказываются в ласковом плену.

− Да. Я неисправимо пленён тобою с первого мгновения, как увидел там, во внутреннем дворике дворца Корима, − шепчет Янгмар, осыпая моё лицо нежными поцелуями.

И снова я попросту не могу устоять, отвечая ему с такой же страстью.

Полчаса пролетают незаметно.

Однако мы успеваем обсудить и наши подозрения, и предположения, и план дальнейших действий.

Так что, когда в кабинет стучат и на пороге появляется ходо Хайкон, мы уже готовы к тому, чтобы выспросить у бедняги Кастеляна всё, что ему известно.

− Проходи, Хайкон, − приветственно кивает Янгмар. — Астрид.

Я к этому моменту уже перебралась в кресло у окна. У меня в руках книга. На лице расслабленный отсутствующий вид человека, полностью погружённого в увлекательное чтение. Но на самом деле я впервые с тех пор, как научилась это делать, практически полностью погружена в эмпатический транс, чётко улавливая и анализируя мельчайшие оттенки чувств находящихся поблизости людей.

Всех, кроме Янгмара. Он по-прежнему надёжно закрыт от меня. И сейчас я ему за это неимоверно благодарна.

Сутулящийся кастелян проходит в кабинет, дочь за ним. Ходо кивает девушке на единственное кресло для посетителей и та несмело садится на самый краешек.

Они оба буквально укутаны удушающим коконом из тяжёлых мрачных эмоций. И я принимаюсь неспешно разбирать их, распутывать по ниточке, определяя кому что принадлежит.

Странно. Раньше у меня не получалось действовать так отстранённо. Не получалось настолько абстрагироваться. Надо разобраться, что во мне изменилось. Но это потом. Сейчас важны эти люди и то, что их чувства могут мне рассказать.

− Вы хотели с нами поговорить, ярг? — нерешительно спрашивает кастелян, бросая на меня слегка удивлённый взгляд.

− Да. У меня к вам появились новые вопросы.

29.2

* * *Разговор затянулся на пару часов.

Поначалу, когда Янгмар прямо спросил, правдивы ли слухи о любовной связи Рагны с его отцом, ходо Хайкон попытался всячески это отрицать.

И даже почти верил в то, что говорил.

Видимо, бедняге настолько претила сама мысль об измене жены, что он попытался просто забыть об этом, выбросить из головы, притвориться, что ничего такого не было. И если бы его ответы оценивались только с точки зрения «ложь, или нет», то они вполне могли бы сойти за правдивые.

Но стоило проанализировать его эмоции глубже, и мне открылись такие нотки, которые вряд ли будет испытывать человек, говорящий правду. Стыд, застарелый, горький, злой.