Всё равно растаешь, принцесса

Я бы с удовольствием послушал о вашей семье и о королевстве Сэйнар. У нас разные басни ходят о вашей родине. Говорят, что там чуть ли не поголовно все маги.

− Нет. Не поголовно. Но среди аристократии действительно практически все в той или иной степени магически одарены. Да и среди простого народа сильных магов хватает.

− Это воистину невероятно. Но и у нас есть чем похвастаться. Наши заклинатели, во многом способны заткнуть за пояс ваших магов. Вы ведь знакомы с моим сыном, Хорликом?

− Нет, незнакома, − качаю головой. Совершенно не понимая, к чему этот странный разговор.

− Это упущение со стороны Янгмара. Невесту с родственниками надо знакомить. Ян рассказывал, что Хорлик тоже сильный заклинатель?

− Не рассказывал, дядя, − не выдержав, встревает в разговор Янгмар. — У нас было о чём поговорить и без того, чтобы обсуждать способности человека, с которым Софи незнакома. В гости Хорлик некоторое время ходить не сможет. Сначала пусть наказание отбудет. Я своё слово сказал и отпускать его не собираюсь. А сейчас нам пора ехать. Мы хотим как можно скорее добраться до замка.

15.2

С этими словами он шагает к нашему коню и взбирается в седло позади меня.

Не давая своему дяде ни малейшей возможности возразить. Устроив меня удобней, забирает поводья и трогает коня с места. Йормун следует за нами.

Выглянув из-за мощного торса колдуна, я успеваю заметить, каким недобрым взглядом провожает нас его родственник. Плюнув на брусчатку, старик идёт обратно к остальным членам Совета.

− Не расскажешь, что же такое натворил твой кузен в Босварии? — спрашиваю, когда мы минуем площадь и сворачиваем на одну из улочек.

− Особо нечего рассказывать, − равнодушно сообщает Янгмар.

− Он повёл себя как безответственный глупый юнец, не умеющий контролировать ни себя, ни свою силу. Напился в одной из столичных таверн, потерял контроль над стихией и разнёс там всё в щепки. Несколько людей пострадали. Мне пришлось срочно улаживать весь этот беспорядок, платить пострадавшим за ущерб, договариваться со столичной янгардой и лично везти бестолкового кузена в порт, чтобы посадить под стражу.

Ничего себе.

− И что с ним теперь будет?

− Посидит в темнице до суда, со связанными силами, подумает… Может, до него даже дойдёт что-то наконец-то, − слышу мрачный вздох над головой.

− А потом дядя добьётся, что Совет его отпустит.

Я даже подумать не могла, что ему столько проблем пришлось решать в Босварии. Но тогда получается…

− Так ты из-за этого исчез тогда на два дня? — вырывается у меня, прежде чем я успеваю прикусить язык.

Я сижу к нему спиной и не могу видеть лица. Но буквально ощущаю макушкой внимательный взгляд. От этого даже шапка не спасает. А капюшон я ещё на площади сняла, чтобы не мешал по сторонам смотреть. Не настолько тут и холодно.